Найти в Дзене
Мой Духовный Маяк

"Дети с синдромом Дауна не приговор, а пример безусловной Божьей любви родителей"

Свою дочку Машу рожать я поехала из Болгар в Тольятти. Духовник благословлял рожать рядом с Болгаром – в Базарных Матаках, но я испугалась отсутствия неонатолога в роддоме и уехала в Тольятти. Зря. Маша родилась восьмимесячной, как все мои дети, и меня, усталую после родов, пригласили на консилиум врачей. Голова кружилась, я видела, как мою малышку рассматривают пол лучами лампы и говорят: - У вашей дочери синдром Дауна, видите, монголоидный разрез глаз, слабенькая. Вот документы. Я, борясь с подступающей дурнотой, читаю расплывающиеся слова на листе бумаги: «Отказ от новорожденной…» Звоню мужу в Болгар, говорю: - Коль, у нас родился дауненок… Слышу сдавленный голос в трубке: - Ну, значит по нашим грехам. Все равно забираем домой. Будем просто любить. Муж отключился, и я осталась один на один с проклятущей бумажкой в палате. Все с младенцами, с обычными рассказами рожениц, кто и как рожал, а я с гулкой тишиной внутри. Как жаль, что у нас в России не отработана служба сопровождения в р

Свою дочку Машу рожать я поехала из Болгар в Тольятти. Духовник благословлял рожать рядом с Болгаром – в Базарных Матаках, но я испугалась отсутствия неонатолога в роддоме и уехала в Тольятти. Зря.

Источник изображения: фото из архива Светланы Рашванд
Источник изображения: фото из архива Светланы Рашванд

Маша родилась восьмимесячной, как все мои дети, и меня, усталую после родов, пригласили на консилиум врачей. Голова кружилась, я видела, как мою малышку рассматривают пол лучами лампы и говорят:

- У вашей дочери синдром Дауна, видите, монголоидный разрез глаз, слабенькая. Вот документы.
Я, борясь с подступающей дурнотой, читаю расплывающиеся слова на листе бумаги: «Отказ от новорожденной…»
Звоню мужу в Болгар, говорю:
- Коль, у нас родился дауненок…
Слышу сдавленный голос в трубке:
- Ну, значит по нашим грехам. Все равно забираем домой. Будем просто любить.

Муж отключился, и я осталась один на один с проклятущей бумажкой в палате. Все с младенцами, с обычными рассказами рожениц, кто и как рожал, а я с гулкой тишиной внутри.

Как жаль, что у нас в России не отработана служба сопровождения в роддомах мам, которые родили «особенных детей». Тогда бы дети росли в семьях, и детдома были пустые. Машеньку мы, конечно же, забрали домой, и спустя время диагноз «синдром Дауна» нам был снят. Оказалась, врачебная ошибка.

Будь я без Бога и сильного плеча мужа, я могла бы подписать отказ. Потому как неизвестность пугает, и никому не хочется растить «овоща». Хотя как оказалось, такие дети вовсе не овощи.

Спустя три года я стала преподавать театр в Болгаре для детей-инвалидов. Каково же было мое удивление, когда двое деток с синдромом оказались лучшими моими учениками!
Как зажигательно танцевал Женя на Пасхальном спектакле, а Аделя лучше всех делала поделки и реквизит к спектаклю. Это оказались абсолютные проводники любви, всегда ласковые. Всегда радостные.
И родители у них такие же… Радостные... Может, благодаря этим детям?
Источник изображения: фото из архива Светланы Рашванд
Источник изображения: фото из архива Светланы Рашванд

Этой весной я стала готовить к изданию книгу собственных рассказов и познакомилась с сомолитвенницей - Светланой Рашванд из Нижнего Новгорода. Она растит дочку с синдромом, написала об этом рассказ, а потом по ее истории в Москве сняли художественный автобиографичный фильм "Бабочка".

Она делится живым опытом о том, что не нужно отказываться от детей с синдромом Дауна. Её рассказ как раз о знаках судьбы, чтобы не прерывать беременность, что в этой жизни особый смысл. Дочь с синдромом в корне поменяла жизнь, наполнив ее удивительными смыслами и радостью и любовью. Эти дети ведут своих родителей к Богу.

Хочется поделиться несколькими цитатами из рассказа Светланы:

«Она развивалась и делала все как обычный малыш, но не по советским стандартам, а по своему собственному графику развития. Головку стала крепко держать не в месяц, а в три. Садиться стала не в полгода, а в десять месяцев. И всегда было приятно слышать от окружающих, которые упорно не видели в ней фенотипических признаков синдрома Дауна, о том, какая она красивая… А еще, когда я брала ее на руки, казалось, что она из пластилина – такая мягкая и нежная была крошка. Потом я узнала, что это ощущение возникало из-за низкого тонуса мышц, свойственного синдрому. Ее хотелось постоянно тискать в руках, как игрушку. Такого со старшими детьми у меня не было.
Я всегда была против сюсюканий и излишних нежностей и, как многие родители, боялась приучить малышку к рукам. Но испортить Анюту было сложно. Она никогда не плакала, всегда была в отличном настроении, радовалась всему и учила этому нас. Мы с мужем не могли нарадоваться на ребенка. Мы ничего от нее не ждали и, тем более, не требовали. Просто очень любили!
Было жаль «умирать» для прежней жизни, может быть, пустой, но идущей по определенным правилам и законам. Но я прыгнула в неизвестность под названием «синдром Дауна» вместе со своей дочуркой, вместе со всей своей семьей, которая стала уже многодетной.
Как оказалось, впоследствии, это был не прыжок в пропасть, а шаг вперед. Моя жизнь, наконец, наполнилась смыслом, в ней появилась цель».

Елена Янковская.

-3

Обратите внимание, солнечная Эвелина из Татарстана тоже ищет семью. (Имя Эвелина образовано от староеврейского имени Авель, которое переводят как «дыхание»):

На фото Эвелина, которая ищет родителей
На фото Эвелина, которая ищет родителей

Анкета ребенка: https://www.usynovite.ru/child/?id=7wmf1-12tfl

Уточнить информацию по ребёнку могут кандидаты в приемные родители по телефону: "Республиканский центр усыновления, опеки и попечительства" Министерства образования и науки Республики Татарстан": +7 (843) 533-00-83