Анна Иона Монтт.
И снова одно и то же. Лорриан с яростью во взгляде уговаривает меня остаться под защитой замковых стен. Через какое-то время, я перестала слушать, что он мне говорит, и сосредоточено пересматривала планы нападения. Мысли о ловушке заставляли меня перепроверять все снова и снова. Нельзя еще раз ошибиться, я этого попросту не переживу.
- Анта, я прошу тебя, останься с сыном, - лорденыш подошел ко мне и опустился на колени, пытаясь поймать мой взгляд. – Он ключ к тебе. В этот раз он самая желанная добыча для западников. Никто лучше тебя не…
- Меня уличат в слабости, и тогда не только лиары сложат оружие, но и добрая половина сомневающихся лордов, - все еще не глядя на него, отмахнулась я. – Мое появление – вопрос решенный, Лорриан. Но в этот раз я не буду так безрассудна. Отряд охраны, лучшие люди, безопасное расстояние – мне грозит разве что предательство своих же.
- Летеция объявила награду за твою голову, нашего сына приказано взять живым, - Лерре старался совладать с собой и говорить без лишних эмоций, но у него это не получалось. То и дело я слышала, как обреченность сквозит в его словах. – Она пойдет до самого конца, чего бы ей это не стоило.
- Я тоже, Лорриан, - смерть больше не страшила меня, но отдать самозванке сына я не могла. – Сегодня ночью Сэм со своим сыном и Джонатан уедут из Гарта на несколько дней. Твои люди должны прикрыть их отъезд.
- Конечно, - мужчина кивнул и поднялся с колен. Я была довольна, что смогла переключить его внимание с себя на Джонатана. Так будет немного легче и мне и ему.
Не говоря более ни слова, он вышел из моих покоев и оставил меня наедине с собой. За окном хлестал ливень, и я, откинувшись на спинку кресла, слушала, как дождевые капли разбиваются о землю, падая с небес. Скоро одна из нас точно так же падет на землю, и разобьется ее правление на сотни крошечных осколков. Остается молить духов, чтобы это была не я.
В гордом одиночестве я вошла в походный шатер и сама наполнила свой бокал. Сейчас, когда совсем рядом со мной люди убивают друг друга, искренне ненавидя тех, кто находится под чужими знаменами, мне хотелось побыть одной. Усталость захлестнула меня с неистовой силой. В голове пульсировала одна мысль: «Надоело». Смерть Летеции станет последней. Больше я не желаю убивать и отправлять на тот свет других. Я заберу то, что принадлежит мне и успокоюсь.
В лагере было тихо, и лишь ветер гулял по пустым шатрам. Я сама себе напоминала привидение. Бледная от бесконечного страха, в белоснежном платье, я действительно выглядела чужой для этого мира. Если мои войска не удержат позиций, самозванка очень легко доберется для меня, ведь я не пряталась. Я ждала.
Час сменялся часом, но никто не приходил. Я страдала от ожидания, пыталась спать, но ясность не покидала мой разум. Верные клинки были закреплены на ремнях под платьем, готовые в любой момент испить чужой крови, но никто не приходил. Лишь несколько часовых изредка заглядывали ко мне, проверить, все ли со мной в порядке. Никогда прежде я не чувствовала себя настолько одинокой, как сейчас. Скорей бы все закончилось.
Внезапно снаружи раздался шум, и испуганный охранник раньше срока нарушил мое уединение.
- Отряд лиаров прорвался за основную линию обороны и рвется сюда. Вам нужно бежать, - незнакомый мне юноша крепко держал в руках меч и тяжело дышал.
- Я не уйду, - безразлично ответила я, но часовой не спешил уходить. Я посмотрела на него, вопросительно подняв брови в ожидании объяснений.
- Лорд Лорриан сам убьет меня, если с вашей головы упадет хоть один волос, - я ожидала чего-то подобного. Лерре любит угрожать. Неудивительно, что этот мальчишка ему поверил. – Я прошу вас, Ваше Величество. Наш отряд не удержит их. Бегите.
Слова юноши что-то изменили у меня внутри. Резко пришло осознание того, как сильно я хочу выжить, как хочу обнять сына. Все прошлые решения показались настолько глупыми и самонадеянными, что я едва сдержала слезы. Кивнув охраннику, я вышла из своего убежища и направилась к жеребцу. Не успела я забраться в седло, как со стороны, где происходило сражения, раздались крики. Перед глазами встали, словно наяву, ярко-алые знамена Летеции и золотые флаги Джерейма.
Сбросив наваждение, я пришпорила коня и направила его в сторону леса. Там будет проще оторваться от погони, которая, без сомнения, начнется, как только львы Шайло ворвутся в пустынный лагерь. Чем дальше я отъезжала, тем отчетливее слышала звуки травли. Кровь стучала в висках, и я волей-неволей считала секунды, которые мне осталось прожить, перед тем, как львиные когти вонзятся мне в сердце.
Еще немного. До ближайшей заставы не больше получаса. Стоит моему коню промчаться через ворота, как опустится решетка и погоня прекратится. Тогда у меня будет несколько дней, для того, чтобы перевести дух и бежать дальше. Забрать сына и скрыться – вот моя цель теперь. Я оглядывалась, ожидая, что в лесных зарослях мелькнет светлый мех. Ровена ушла с рассветом, и я не знала, жива ли жрица, или последовала за Дэем в Небесный чертог.
Вот и застава. Темно-синие знамена, вышитые золотом, реют на ветру, вселяя в сердце надежду. Но почему-то у меня не осталось сомнений в том, что битва проиграна, как и война.
- Открывайте ворота! - крикнула я, и тяжелые створки, раскрылись. Показались стражники, вооруженные, но с улыбающимися лицами. Это покоробило меня сильнее, чем если бы они были с искаженными от страха лицами.
- Ваше Величиство, мы ждали вас, - ждали? Ждали, когда меня загонят сюда, как раненое животное?
- Что происходит? - сдерживая ярость и сохраняя все самообладание, которое я все еще могла сохранить, спросила я. – Насколько я знаю, сейчас не время для праздника.
- Я рад вас разочаровать, Ваше Величество. Повод есть, - я едва не упала с коня, услышав, как до меня доносится голос Лерре. Что он тут делает? – Битва окончена, сеньора. Победа за нами.
Смысл сказанного дошел до меня не сразу. Только твердо стоя на земле, я смогла осмыслить новость. Я осмотрелась и поняла, что тут слишком много людей для обычной охранной заставы. И все были в приподнятом состоянии духа.
- Я отправил за вами отряд, - продолжал лорденыш, глядя на то, что я не спешу радоваться победе. – А еще у меня для вас подарок.
Подарок? Сейчас война, меня не интересуют никакие подарки, кроме…
Летеция. Без сомнения, это она. Лорриан отвел меня в какую-то кособокую постройку, судя по всему выполняющую сейчас роль лазарета. На одном из столов, под охраной, лежала женщина, которой я боялась сильнее, чем демонов Подземного мира. Только сейчас я испытывала лишь отвращение. Самозванка была вся в крови. В своей собственной крови. На ее теле едва ли остался клочок неповрежденной плоти. Ее хорошенько потрепало прежде, чем она попала в руки моих людей. То, что эта женщина жива – воля богов. Видимо, они зло шутят не только надо мной.
- Ровена? - только и спросила я. Я видела, что девушки, ухаживающие за ранеными, хотят ей помочь, но боятся, что это не понравится мне.
- Ее охрана не успела ничего сделать. Твоя ручная львица появилась, словно из-под земли и вцепилась в нее. Не знаю, как она смогла от нее отбиться. Люди доделали остальное, и, забрав ее, мы отступили. Мне жаль, но жрица уже не вернется, - сухой бесцветный голос Лорриана заставил меня задуматься. Возможно, стоит немного подкорректировать планы.
В дверях появились двое солдат, держащих под руки леди Элизу. Узнать ее мне не составило большого труда. Казалось, она утратила все силы, но как только ей на глаза попалась окровавленная королева, она выкрикнула что-то невразумительное и начала вырываться. Я кивнула мужчинам, и они отпустили пленницу. Бедняжка ничего мне не сделает. Вряд ли она способна на это. Лишь когда она подняла на меня умоляющий взгляд, я прервала молчание.
- Приведите королеву в порядок. Она должна выжить, - я обратилась к девушкам. – Все меня услышали? Как только она немного поправится, перевезите ее на остров Глент, - последняя фраза была сказана уже Лорриану. – И только попробуйте ее упустить. Умрете все. Она должна жить до тех пор, пока я не захочу обратного. И ее ребенок тоже.
Зима 1554 года
Анна Иона Монтт.
Кутаясь в длинную соболиную шубу, я ступила на остров Глент, где последние месяцы содержали самозванку. Прежде я не находила в себе сил посетить женщину, томящуюся за стенами замка Кранфорс, но больше нельзя было затягивать. Я чувствовала, что враги подбираются ко мне все ближе и ближе. Дар шиины, казалось, теперь окончательно покинул меня. Берефейл, западники, лиары, мой собственный народ - все они желали моей смерти. Кто-то за то, что Летеция пленена, кто-то за то, что еще жива. Скоро, очень скоро это недовольство сметет меня с лица земли. Я чувствую это. Нечто зловещее витает надо мной.
Летеция обходилась довольно накладно казне. Желая бросить пыль в глаза западников, чьи шпионы были повсюду, я содержала ее как дорогую моему сердцу гостью. Летеция имела изысканные яства, врачей, платья. Но скоро все, так или иначе, прекратится.
Поднимаясь по крутой лестнице с тяжелым ларцом в руках, я внезапно вспомнила про ее служанку, не покинувшую свою госпожу в плену. Надеюсь, у этой девицы хватит ума оставить нас наедине и не вставать у меня на пути. Я уже лишила ее жениха и короны, в моей власти лишить ее и жизни.
Впрочем, мои сомнения были развеяны. Летеция находилась в комнате совершенно одна. Если беременная вообще может быть в одиночестве. Живот ее стал просто до ужаса огромен, и я усомнилась, действительно ли там лишь одно дитя. Ровена говорила, что плод лиаров развивается четыре месяца, затем, еще три месяца, он всего лишь растет. Так что уже сейчас ясен пол ее ребенка. Ее сына. И уже ничего не изменится. Совсем скоро дитя должно появиться на свет, но этого не случится.
- Анта? - казалось, что мое появление немало ее удивило. Летеция отложила в сторону вышивку, и я невольно заметил, насколько та искусна.
- Мое имя Анна Иона Монтт. Запомни это.
- Тебя могут звать как угодно, но на какое бы имя ты ни отзывалась, суть неизменна. Мы те, кем нас воспитали.
- Значит, я королева, а ты всего лишь племянница короля.
- Так должно было стать, но боги посмеялись над нами.
- Но у нас есть еще шанс им отомстить. Я подарю тебе жизнь.
- Она у меня уже есть, - и глазом не повела она. Мне с трудом удалось сдержать гнев. Впрочем, как у королевы у этой женщины можно было и поучиться. Не сделай она столь непростительные ошибки.
- Ты сможешь покинуть Глент и вернуться в Дарнуолл, не потеряв своей короны. Разумеется, в обмен на твоего сына. Мальчишка мне опасен, и я не стану рисковать своей жизнью понапрасну, - неужели я и в самом деле иду по собственной воле на такое? Впрочем, потеряв Западные, я сохраню Срединные и Восточные земли. Не так уж и мало. - Ты обязуешься подписать военный союз и предоставить военную помощь, если мне или моему сыну будет грозить смерть. Если родится девочка, то вы вместе вернетесь домой и, возможно, когда-нибудь наши семьи вновь породнятся.
- Почему ты просто не казнишь меня?
- Пару месяцев назад я так бы и сделала, - отчего-то я почувствовала в себе желание открыться той, кто столь долго была моим заклятым врагом. - Власть удержать непросто. И когда в твоей стране хаос, все остальное становится неважным. У меня для тебя кое-что есть, - я протянула Летеции ларец. - Только не открывай его.
- Что это? - она впервые растерялась. Как же можно быть столь недогадливой?
- Это останки твоего первого ребенка. Сын Джерейма. Твоя служанка похоронила его в саду, но его могилу нашли собаки. Теперь он твой. Вернись в Дарнуолл и похорони его рядом с отцом. Во дворце его прозвали Клайдер.
- Клайдер? - внезапно Летеция утратила все свое самообладание. Щеки ее стали красными как кровь, а руки мелко затряслись. Что происходит?
- Уходи, - она вскочила на ноги. - Убирайся прочь.
- Не забывай, кто сейчас владеет твоей жизнью.
- Мне страшны твои угрозы, Анта. И никогда не станут.
- Значит, ты умрешь, - холодно заключила я и, не спеша, вышла из комнаты, надеясь услышать окрик, но из комнаты плененной королевы доносились лишь бессвязные речи. Выбор сделан. Следующим вечером Летеция Клейменная покинет этот мир.
Летеция Клейменная.
- Сегодня в семь часов вечера вы будете казнены.
Слова эти вновь и вновь звучали в моей голове, но я не могла понять их смысла. Мне хотелось спрятать эти мысли как можно дальше, вернуться к ним позже, но этого позже уже не будет. Как странно думать о том, что следующее утро для тебя уже не настанет. Вспоминать лица друзей и понимать, что последние встречи были действительно последними.
Мне было страшно. Я никогда прежде не думала о смерти, полагая, что умру в том возрасте, когда в голове нет ни одной мысли. Даже когда Яков начал охоту на своих родственников, я твердо знала - я выживу. Им меня не одолеть. Я наследница королевского рода и умру соответствующе своему положению.
Но что сейчас? Что меня ждет? Виселица? Топор? Золотой цветок?
Нет, меня спасут. Иначе быть не может. Зачем тогда это все? Моя корона, правление, жизнь? Какой в ней был смысл? Ребенок толкнул меня ножкой. Я не умру. Я буду жить ради него. Ради этого комочка, такого беспокойного, что порой я думаю, что он ни один. Я буду жить ради нашего сына, Джерейм. Я не позволю его убить. Слышишь? Тебе придется еще подождать. Я не умру.
- Госпожа, спрашивают, что бы хотели на обед.
- Я дождусь ужина, леди Элиза.
- Но, Ваше Величество...
Ужина не будет. Ничего не будет. Лишь быстро летящие часы страшного ожидания, боль и тьма. Есть ли действительно тот самый желанный Небесный чертог? Что там? Вечное счастье с Джереймом или тихое счастье беспамятства? Нет смысла думать об этом сейчас, а потом, переживаний не будет. Жизнь продолжится так, словно я никогда прежде и не жила. Все так же весной будет таять снег и появятся первые цветы, поля вновь зазеленеют, а затем засверкают золотом. Будет доноситься детский смех, а недавние младенцы, став вдруг взрослыми, вновь обретут свое детство рядом с дочерьми и сыновьями. И вновь рог позовет на бой, земля оросится кровью, а воздух наполнится звоном меча. И вновь предательство столкнется с добродетелью, вера с роком, а величие с позором.
Думал ли Джерейм Великий, что падет от руки женщины, будет отравлен ядом в собственном замке? Нет. Но хотел умереть воином, с мечом в руках и криком победы, украсть которую не сможет никто, даже его убийца. Он не думал, что после смерти обретет покой лишь спустя полгода, что его гроб будут провожать с брезгливым, полным отвращения выражением лица, а не с восхищением и безутешной скорбью. Он не думал, что его дети будут убиты рукой все той же женщины. Он не думал, что собственная жена сохранит той жизнь в ту ночь, когда убийца решит действовать.
Он не думал, но он мертв. Его многочисленные наследники, все как один, покинули этот мир и покоятся в нескольких неделях езды от него.
Мы думали, что будем жить вечно. Вечность закончилась, и не осталось ничего.
Джерейм, где бы ты ни был, услышь меня. Пусть Анта делает со мной что хочет, одно у тебя прошу - спаси сына. Не дай ему умереть. Все, что я делала, было ради него, ради нас. Но ты мертв, и вскоре я присоединюсь к тебе. Будь милосерден к ребенку. Верховный, защити нас.
Нет. Казни не будет. Анта помилует нас. Конечно. А иначе бы она не навестила нас в плену. Мы будем жить. Мы не умрем.
Анна Иона Монтт.
Снег начался ранним утром. Медленно кружась, он укрывал собою холодную землю, и к вечеру все вокруг стало белым. Медленно ступая, я приближалась к открытой замковой площадке, с ужасом ощущая, что сердце в груди еле бьется. Отчего-то мне казалось, что это меня, а не Летецию должны сейчас казнить. А ведь я действительно могла оказаться на ее месте. Мы с ней похожи сильнее, чем кажется на первый взгляд. Впервые я подумала о ней как о кузине. Раньше, мне и в голову не приходила мысль, что проклятая королева моя кровная родственница, последняя, оставшаяся в этом мире.
- Мама, мне обязательно быть на казни?
- Да, мой дорогой, - я крепче сжала руку сына. - Ты уже совсем взрослый.
Боюсь, что скоро нас разлучат. Берефейл уже не раз говорил о том, что я неспособна вырастить настоящего короля. Этот ужасный человек едва ли не в открытую заявлял, что принц вырастет мужеложцем, неспособным принять решения без одобрения своей недостойной матери.
Когда-нибудь настанет тот день, когда на эшафот поднимется и Джеймс. Уверена, что победа над ним будет не менее сладка, чем победа над Летецией. Гул толпы заставил меня отвлечься от сладостных надежд. Подняв глаза, я увидела Летецию.
Она была совершенно спокойна. Это пугало. Я думала, что она будет сопротивляться, кричать, или, наоборот, будет совершенно разбита, бледна, с отсутствующим выражением в глазах. Но я не думала увидеть высоко поднятую голову, решительное выражение глаз, мягкость походки, едва заметную улыбку, которую я видела прежде лишь на приеме по случаю свадьбы леди Элизы и Габриеля.
Леди Элиза была рядом со своей госпожой. Надо же, она так же спокойна. Неужели они рассчитывают на побег или спасение? Слишком поздно. Я давала Летеции шанс. У меня больше нет желания убить ее, достаточно и того, что я одержала победу.
На поверженной королеве было темно-синее шерстяное платье, стоящее едва ли не больше замка в Гарте. Одного взгляда достаточно, чтобы понять - шерсть из Клентона, столицы Северных земель. Мое одеяние скромнее. Гораздо скромнее. На шее королевы сияло золотое ожерелье, с которым она не расставалась со дня пленения.
Странно - я могла поклясться, что среди вещей, присланных королеве из Западных земель, было множество более достойных украшений. Я вместе с Лерре лично пересматривала ее вещи, на предмет наличия тайных посланий, которых, впрочем, не нашла. Верно западники слишком боялись потерять свою госпожу. Именно поэтому мне приходится проводить казнь в богом забытом Гленте, вместо королевской площади в Гарте. Лишь самые близкие дворяне прибыли сюда.
О казни должны узнать как можно позже, чтобы мы приготовились к войне. Воевать придется Берефейлу - после казни мы с Джонатаном на несколько месяцев уедем прочь, оставляя Джеймса разбираться с последствиями. Потом останется разве что придумать красивую легенду, как нас с принцем похитили лиары, и чего нам стоила свобода после войны.
- Лерре, - поманила я лорденыша. - Что ты знаешь об этом ожерелье?
- Это подарок королю Джерейму. Теперь он принадлежит его жене.
- Ненадолго, - я наблюдала за тем, как королева и леди Элиза поднимаются на эшафот. Пора. - Родной, мне нужно идти, - я погладила сына по щеке. - Запомни этот день, эти минуты - именно сейчас ты становишься правителем трех Земель. Я дарю их своему принцу.
Я приближалась к эшафоту, думая, что, возможно, и мне придется когда-нибудь подняться на него для последнего вдоха. Джонатана Джеймс не посмеет казнить - он привязан к внуку. Мой сын в безопасности, а меч надо мной поднят с того дня в Иллуриате, когда запылал наш дворец, а столица была стерта с лица земли.
Прошло всего одиннадцать лет. Мои лучшие годы остались позади, да и Летеция уже почти достигла четвертого десятка, но ей не дожить. Сегодня. Все случится сегодня. Дай Верховный сил.
- Сегодня мы с вами окончательно поставим точку в войне, которая началась много лет назад, - голоса людей стихли, все взгляды были устремлены на меня. - Мы хотели закончить эту войну прежде, чем появились жертвы, но нам это не удалось. Я молю Верховного, чтобы королева Летеция Клейменная, - я впервые назвала ее королевой. Удивительно, - была последней из них. Западники не должны узнать о том, что произойдет сегодня. Здесь, в Гленте, собрались мои преданные друзья, в руках которых теперь моя жизнь и судьба всех Срединных земель. Они не должны нам мстить.
После смерти королевы, мы сделаем все возможное, чтобы ее ребенок выжил. Если это будет мальчик, то я воспитаю его как собственного сына, - какая красивая ложь. Я знала, что сын, который растет в чреве в Летеции не выживет. Я должна спасти себя и свою страну, а для этого мне придется пожертвовать им.
- Несмотря на жестокость, проявленную королевой Летецией к нашей преданной подруге леди Джейн, я не стану отвечать местью на месть. Никогда больше «золотой цветок» не расцветет на территории моей страны. Королева Летеция Клейменная будет казнена путем отсечения головы.
Я увидела, как побледнела леди Элиза и протянула руку своей госпоже, но та не шелохнулась. Она не боялась смерти. Верховный, ответь, что не так с этой женщиной? Она сумасшедшая или святая? Как мне быть? Что делать? Мой взгляд остановился на Джеймсе, который откровенно ухмылялся, видя растерянность на моем лице. Нет, я не позволю этому человеку воспользоваться моими слабостями.
- Но прежде, чем состоится казнь королевы, жизни лишится еще один преступник, на руках которого кровь королевской семьи. Леди Элиза Чертлон убила короля Джерейма, принца Лоренцо и принцесс Моник и Лючию. Так же на ее душе лежит грех убийства новорожденного принца Клайдера, наследника короля Джерейма, моего любимого тестя, и королевы Летеции.
- Я не делала этого!
- Войдя в доверие к королеве, - продолжала я краем глаза наблюдая, как стража пытается утихомирить мечущуюся королевскую даму. Я же говорила - никто не должен узнать о том, что здесь произойдет. Элиза мне угроза, но я устраню ее, - она продолжила заниматься истреблением наследников, вследствие чего ни один из них так и не появился на свет. Леди Элиза Чертлон приговаривается к смерти, путем отсечения головы. Да благословит Верховный ее душу.
Казнь началась.
Все еще держа за руки дрожащую Элизу, стража опустила ее на колени и уложила головой на плаху. Плечи ее мелко тряслись, она пыталась вырваться, но крепкая хватка стражей не давала ей этого сделать. Я отвернулась, не в силах видеть этот ужас, и лишь слышала удар, который утонул в ликовании толпы. Повернувшись, я едва сдержала позыв на рвоту, увидев обезглавленное, дрожащее в конвульсиях тело, из которого били потоки крови. Все те же стражи столкнули его прочь с эшафота.
Время королевы.
Лицо ее было белым. Это был не страх, это была ненависть. Я никогда не видела такого сильного чувства в ее глазах. Знаком, я дала поспешный сигнал страже к казни. Королева, окинув их презрительным взглядом, выставила вперед руку, давая понять, что она не собирается сопротивляться. Медленно она расстегивала пуговицы верхнего шерстяного платья и моим глазам предстало нижнее из белоснежного маннского кружева. Она решила уйти по-королевски, в белом.
Окинув толпу последним взглядом, королева Летеция Клейменная опустила голову на плаху, убрав золотые волосы с белоснежной шеи. Кружева тотчас окрасились алым. Она не закрывала глаза. Взгляд ее был устремлен за пределы этого мира, она уже покинула нас. Лишь пальцы нежно касались золотого ожерелья на ее шее.
- Да благословит Верховный ее душу.
Удар палача был сокрушителен. Голова Летеции отделилась от тела и покатилась по деревянному полу эшафота.
Все кончено.
Почти.
Я кивнула палачу, и тот опрокинул обезглавленное тело на спину. Не желая видеть происходящее, я склонилась за ожерельем короля Джерейма, лежащим в теплой крови королевы. Я отдам его сыну. Теперь он наследник Великого короля.
Повисла тишина. Все ожидали лишь одного.
- Род королевы Летеции пресечен, Ваше величество. Это были две девочки.
Эпилог
- Ровно через год после казни легендарной королевы Летеции Клейменной, столица Срединных земель познала кару богов, - дворцовый летописец понизил голос, а его маленькие слушатели затаили дыхание. Самая младшая из внуков короля Джонатана во все глаза смотрела на наставника, крепче сжимая вышитую золотом подушечку. Кейлин была совсем малышкой, но истории старца слушала внимательнее всех, жадно впитывая в себя все детали.
– Гарт сгорел в пламени, вспыхнувшем во время бунта табунников. Эту ночь прозвали Огненной, а мятежная королева навсегда исчезла с лица земли. Говорят, что она бежала за море. Моряки рассказывали, как таинственная женщина с темными волосами и в белоснежном платье поднялась на борт корабля, который унес ее далеко за горизонт вместе с сыном главаря мятежников герцога Джеймса Берефейла.
Так закончилась Война королев. Но лишь вашему деду, Джонатану Мудрому удалось восстановить мир в Триединой империи. Наконец-то, простой народ смог вздохнуть спокойно. Своего регента ваш дед уверенно отодвинул от управления государством, как только понял, что сам в силах управлять империей, созданной его матерью с помощью жестокости, заговоров, крови и интриг.
- А что стало со всеми остальными? – заинтересовано склонил золотоволосую головку старший принц, наследник короля. Мальчику едва исполнилось семь, но многие уже пророчили ему славу не меньшую, чем завоевал Джерейм Великий. Юный Иден мог с легкостью стать тем самым Новым королем, чей приход предсказывала Белая жрица.– Союзники Летеции. Они же не отступили от того, во что верили?
- Мой принц, их дальнейшие судьбы не слишком знаменательны. Но если вы хотите, я вам поведаю и о них, - старец мягко улыбнулся. - Лорд Делер и милорд Шайло до последнего сражались с вашим прапрадедом Берефейлом. Но в Небесный чертог им было суждено уйти разными дорогами. Делер погиб в одном из сражений, с мечем в руках. Его смерть дорого стоила мятежникам. А благородный лиар Шайло оставил этот мир во время вспышки чумы на севере империи. Возможно, не такой смерти он желал, но так распорядились духи. Герберт, доверенное лицо клейменной королевы, во время войны сумел укрыться в Иллуриате и умер там же, в бедности и без славы. Так увял весь цвет истинной западной аристократии.
- А Сэм? Куда делась она? – спросила темноволосая принцесса, средняя из трех внуков короля. Юная Эвелин совсем не по-детски сверлила летописца взглядом холодных, голубых как маленькие льдинки, глаз. Все, кто хоть когда-то встречался с ней, утверждали, что она истинная наследница мятежной королевы Анны Монтт.
- Вдова Рэдмейн, леди Саманта, вернулась в Андеррерь к своему кузену и стала его верной советницей. До конца жизни она не покидала столицы кочевников. Ее сын, Лейс, стал следующим каганом кочевников, сразив в честном бою сына кагана Блэйна, - старик захлопнул пыльный фолиант, лежащий у него на коленях, и снова тепло улыбнулся венценосным детишкам. – Великие королевы выполнили то, что было им суждено. Но с тех пор мир изменился. Теперь он в ваших руках. Владея судьбами людей, не забывайте о чести, любви, терпении и милосердии. Да осветят боги ваше будущее.
В следующий понедельник:
Северные земли. Древнейший оплот королей и районак. Здесь нет места слабости и милосердию. Здесь боги живут среди людей, а люди подобны богам. Семнадцать месяцев провела дочь короля Вирана в ледяной тюрьме Пернетте, сосланная за недопустимую связь с подданным. Ее возлюбленного и новорожденное дитя сожгли у нее на глазах, а саму Вирану с клеймом потаскухи выслали на верную гибель. Теперь она возвращается в столицу.
Ее отец мертв, она становится районак - великой правительницей, дочерью Ледяного бога, матерью Севера. И Север преклонит перед ней колени. Никогда прежде он не видел более могущественной и жестокой правительницы. Облаченная в белое платье, босая, среди смертных она кажется воплощением духа своей земли. И у Вираны есть план. Ей мало Севера, она мечтает объединить все Пять земель в одну империю. Ей не страшны ни короли, ни войска. Бросить вызов ей может лишь наследник святой королевы Летеции и рыжая южанка Айрис, в которой воплотилась богиня смерти Тантира.