Ник время не терял. Как только Даша на цыпочках покинула комнату, он вновь склонился над Никой, провел ладонью по ее волосам и, наконец, сделал то, чего так хотел. Поцеловал ее.
Ничего особенного. Просто коснулся ее мягких и теплых, будто нагретых солнцем губ своими — жесткими. С той нежностью, на которую только был способен.
Он не стал углублять поцелуй — решил, что это будет слишком по отношению к Нике. Вместо этого поцеловал в щеку.
«Спящая красавица», — подумал он, ласково гладя девушку по волосам и снова невинно коснулся ее губ. В последний раз.
Ника неожиданно открыла глаза. Предметы вокруг казались нечеткими, а контур человека, по-детски целующего ее в губы, — размытым. Да и темнота вокруг очень мешала. А еще кружилась голова — так, что девушка не понимала, головой к стене или к окну она лежит. Однако Ника, которой казалось, что она все еще спит, все равно узнала парня, склонившегося над ней. Никита. Ее Никита!
Ник, увидев, что она проснулась, резко отстранился, но глаза его буквально впились в ее лицо. Ника сглотнула и попыталась приподняться, хотя ее с силой тянуло к подушке. В глазах появилось болезненное напряжение — такое, какое бывает перед тем, как собираешься горько зарыдать.
— Это ты, Никита, — прошептала она слабым голосом.
— Ты? — Я. Ждала? — с трудом выговорил Ник.
— Ждала… — Молодец! — Никита вновь поцеловал Нику в висок.
— Какой… какой хороший сон, — едва слышно сказала она и протянула руку к его лицу.
— Хороший, — медленно согласился парень, чувствуя ком в горле.
Пусть думает, что сон. Вот глупая.
— Поцелуй меня, — попросила она. — По-настоящему.
Ее непослушные пальцы оказались на его затылке, и Ник, не в силах больше сдерживаться, сделал это — поцеловал так, как она хотела. Ласково, без напора. Ника отвечала на поцелуй чувственно, и Ник, поняв, что еще чуть-чуть, и у него сорвет крышу, отстранился.
— Если это сон… если сон… — сказала Ника, непослушными пальцами цепляясь за футболку Никиты, — тогда я скажу тебе кое-что. Хорошо?
— Хорошо.
— Никита… — Девушка на миг прикрыла веки. — Говори, малыш, — улыбнулся он, продолжая играть с ее волосами.
— Я тебя люблю. До сих пор, — прошептала Ника, и из ее глаз медленно, как в съемках с замедленным действием, покатились слезы, которые безумно напугали Никиту. — Мне так больно.
— Все будет хорошо, — сказал он, слыша осторожные шаги возвращающейся Даши.
— Я… ждала, — едва слышно вымолвила девушка, не отпуская его синей футболки. — Прости, не сумела дождаться. Но я правда тебя люблю…
— Закрой глаза, раз любишь, — успел шепнуть он Нике, не узнавая своего голоса и тона, и она послушалась его — провалилась в забытье.
По ее лицу текли слезы, и, прежде чем в комнату вернулась Даша, Никита стер их. А затем пересел на другую сторону кровати — буквально за три секунды до того, как в комнату крадучись вошла Даша. Вид у нее был заговорщический.
— Идем, — поманила она его. — Родители спят, все тихо. Бери обувь и уходи.
И Никита ушел. Ему было очень жаль, что все так вышло.
Продолжение читайте в книге Северная корона. По звездам (16+): https://go.ast.ru/a00at3g