Убедившись, что дочурка сладко спит, я отправилась на кухню. Светлана уже сделала салат из помидор и огурцов, и теперь, сняв крышку с огромной сковороды, в которой жарилось мясо, высыпала туда нарезанный полукольцами лук. Открылась дверь ванной комнаты и в кухню вошел Саня со своим красавчиком-греком. Они замерли, наслаждаясь ароматами жаркого. Но я их тут же выпроводила: — Мальчики, потерпите минут десять. Прогуляйтесь пока по саду. Через окно кухни я наблюдала, как они обогнули беседку и направились в сторону Светкиных грядок. — Глянь, Светка, Саня рекламирует Аполлонычу, какая ты у нас замечательная хозяйка-огородница! — Натаха, хорош издеваться! — Светка уже кипела от злости. — Светик, ну что же ты так взъелась на бедного грека? Ты только глянь, какой он сейчас раскованный и милый! Как он непринужденно разговаривает и красиво смеётся! Он даже не сутулится! Значит, это он просто тебя боится. Поэтому и выглядит таким несуразным. — Всё! Тема закрыта! — Светлана почти кричала. — Сегодня я его вижу в первый и в последний раз! Так и быть, я постараюсь быть паинькой, но только ради того, чтобы ты смогла поговорить с братом. Хотя я даже представить себе не могу, что может быть общего у меня и у этого…. потомка древнегреческой Эллады?! Мы уже полностью накрыли стол, когда ребята, наконец, вернулись. Мой брат, едва взглянув, моментально сообразил, чего не хватает на этом столе.. Поэтому он, как бы шутя, велел нам не обижать его лучшего друга, а сам вошел в дом. Через две минуты он вышел, держа в руках две бутылки вина особого разлива. Волшебное вино не подвело. Уже после первого бокала наш греческий друг почувствовал себя увереннее и перестал прятать свои прекрасные глаза за полуопущенными ресницами. А после второго бокала он из гадкого утенка превратился в прекрасного лебедя. Он блистал остроумием, рассказывал интересные истории, демонстрировал фокусы. Мой брат, вальяжно откинувшись на спинку скамейки, с гордостью смотрел на своего коллегу. Я же, как единственный непьющий человек в этой компании, с любопытством наблюдала, как буквально на моих глазах преображалась моя любимая подружка. Светка смотрела на гостя широко распахнутыми глазами с удивлением и восторгом. Хотя, возможно, на неё тоже подействовало волшебное бабушкино вино. Чтобы закрепить успешный дебют, мой брат вынес из дома гитару и протянул её своему протеже. — Играй, Аполлоныч! Пусть все знают, какой ты у меня талантливый друг. И Аполлоныч заиграл. Мало того, он запел. Голос у него был приятный, бархатный. Пел он в основном туристские и бардовские песни. А мы ему подпевали. Потому что мы прекрасно знали все эти песни. Потому что раньше мы очень часто устраивали подобные вечера. Почувствовав на себе внимательный взгляд брата, я подняла на него глаза и печально улыбнулась. — Саня, пойдем в дом. Мне надо с тобой поговорить. Саня встал и, пожелав Светке и Полу не скучать без нас, направился вслед за мной. — Что стряслось? — встревоженно спросил брат. — Саня, надо, чтобы ты срочно поехал в Тбилиси. Мне не дает покоя мысль, что с Вовкой могло что-то случиться. Что-то страшное. Потому что не мог он так подло поступить со мной и своим ребенком. Я не знаю, как ты это сделаешь, возьмешь больничный или попросишь пару дней за свой счет, но ехать тебе надо буквально завтра, — с этими словами я протянула брату листок бумаги с адресом Вовкиной матери. — Нет, моя милая, — Саня смотрел на меня с нежностью и грустью, — я никуда не поеду. Забудь его. Поверь, так будет лучше. Разве у тебя сейчас не намечается новый поворот в судьбе? Ведь я же не слепой. Видел, какими глазами смотрел на тебя доктор Игорь Петрович. И вообще он мне очень понравился. Я надеюсь, что и тебе тоже. А Вовку выкинь из головы навсегда. — Но, почему? — в отчаянии вскрикнула я. — Неужели тебе так трудно выполнить мою просьбу? Я не успокоюсь, пока не буду знать точно, что с Вовкой ничего не случилось. Я смирюсь даже с тем, что он женился на другой. Лишь бы он был жив и здоров. — Тебе не стоит беспокоиться о нём, сестрёнка. Уверяю тебя, что он живее всех живых. И живет счастливо. — Как ты можешь говорить такое, — я уже не сдерживала слёз и почти с ненавистью смотрела на брата. — Откуда тебе это известно? Кто тебе сказал об этом? — Его жена. Брат помолчал. — Ох, не хотел я тебе об этом говорить, — мрачно произнес он после томительной паузы, — но тебе действительно лучше узнать правду. — Я уже ездил в Тбилиси, в прошлую субботу, когда ты лежала в роддоме. Адрес я нашел в твоей записной книжке. Ты уж прости, что пришлось залезть в твою сумочку. Вовку я так и не увидел. Но зато поговорил с его новой женой. Правда, я не стал ей ничего рассказывать о тебе. Просто попросил передать ему привет от Сани из Грозного. — Но, как же такое возможно? — растерянно спросила я. Присев на краешек стула, я вглядывалась в глаза брата, словно именно в них таился ответ на мой вопрос….