«В окно колотил дождь и страшно хотелось спать. Дождь и вечно наводил на неё скуку и печаль. А иногда и безотчётный страх. Будто, все сговорились её погубить и отвертеться невозможно. Она развлекала себя и так, и сяк. Но помогало плохо. Навязчивая идея о сговоре - могучем и подлом - просыпалась почему-то обычно в сильный ливень. И не оставляла до смены погоды..
Крепкий душистый кофе взбадривал. Чай с липой и чабрецом унимал кашель и утишал горечь. А сладкое вселяло непродолжительный оптимизм. Потом эйфория заканчивалась и отдельные обрывки смутных мыслей едва шевелились в мозгах. Морок окончился!
Нынешний фронт завис уж на два дня. И это сводило её с ума. Она и в кино с подругой скатала, в город. И в кафе посидели, и позвонила дальним родственникам в тёплую заграницу. Переговорила массу всего и однако, между спокойными и весёлыми даже фразами, её трясло. Будто в ознобе лёгочном. И хрип в верхних отделах бронх слышался отчётливо.
Вечерами - уж два подряд - страх становился невыносимым. Мнилось, за окнами - в саду или у сарая с поленницей - прячутся злые люди. И ждут, когда она оплошает.
Валерьянка пилась пузырьками, всё пропахло в доме. И курево кончалось необычно быстро. И видеть никого не могла.
Писала в мессенджеры дурацкие послания. А на страницах соцсетей постила коровок, кошек и птиц. Забивая подступающий к горлу ужас. Алкоголем не лечилась - и то дело. Но спать раньше времени не шла - кошмары наяву трансформировались в кошмары ночные. И снились, снились, снились.
Утром вставала разбитая, никакая. И плелась жить очередной дождливый день. Кой жизнью не являлся - а каторгой лютой.
Прогнозы смотреть не решалась - забьют последний резерв терпения. И просто ждала. Регулярно поглядывая на небо и в горизонты.
Правда, после долгой влажной непогодицы откашливалось легче. И в целом, зуд внутри бил реже. Словно компенсировал судороги воли. А так, пытка - и пытка.
Люди - снаружи и злобные - действительно были. И она прекрасно знала, что не истерит и не воображает. Но бороться с призраками - штука неблагодарная. Потому, пила очередной латте и закусывала очередным вишнёвым крамблом.
Лето закончится и наступит зима. А с ней уйдут все дожди.
На снег у неё существовала замечательная реакция - спокойствие вселенское..»