Затянул с процессом, много мыслей и воспоминаний понабежало)
Акт 1, ростовский.
После того как в сети появилось видео (очень невнятное) якобы последствий удара российских войск по лагерю ЧВК «Вагнер», глава компании, Евгений Пригожин, объявил войну Минобороны России или более конкретно – министру обороны Сергею Шойгу и начальнику генштаба Валерию Герасимову. Вагнеровцы вошли в Ростов-на-Дону и заблокировали ряд гражданских и военных учреждений, в частности, штаб Южного военного округа. В нём состоялся разговор между Пригожиным и заместителем Шойгу Евкуровым, в котором было озвучено требование о выдаче министра обороны и начальника генштаба. При этом столкновений мятежников и российских военнослужащих до поры до времени не происходило.
Акт 2, донской.
Помимо контроля над Ростовом-на-Дону, подразделения ЧВК двинулись на Москву по трассе М-4 «Дон», попутно устанавливая (или пытаясь установить) контроль над близлежащими аэродромами. Начали предприниматься попытки затормозить движение колонн ударами авиации и блокировкой автодорог, вагнеровцы, соответственно, стали этим попыткам противодействовать. На самой трассе устраивались заторы из грузовиков, а в Липецкой области местные дорожники несколько автодорог банально перекопали. Появились погибшие с обеих сторон, а также пострадавшие гражданские.
Акт 3, белорусский.
И вот уже вечером, когда вагнеровцы, как заявлялось, находились примерно в 200 км от Москвы (это район Новомосковска Тульской области, 2-3 часа хода (их темпом, естественно) до Оки), внезапно поступило сообщение о том, что Пригожин договорился с Лукашенко о прекращении мятежа и возвращении наёмников в полевые лагеря в ЛНР.
Озвучиваемые основные условия прекращения мятежа:
1) Амнистия всем участникам/прекращение уголовных дел;
2) Возможность последующего выезда желающих вагнеровцев в Белоруссию;
3) Вагнеровцы, не принимавшие участия в мятеже, получают возможность заключения контракта с министерством обороны.
Естественно, наверняка имеются и какие-то ещё договорённости, не озвученные на публике.
В связи с произошедшим возникло несколько интересных вопросов:
А) Были ли у Пригожина реальные шансы прорваться в Москву?
Нормальный мятеж основывается либо на силе, либо на скорости. Т.к. на силу особо рассчитывать не приходилось (российские войска отнюдь не рвались брататься, особенно после того, как действия Пригожина поддержала всякая шваль типа РДК), нужно было действовать быстро. А быстро добраться до Москвы можно было только по трассе М-4. Соответственно, российское командование сосредоточилось на практически единственном, но зато очень удобном для обороны рубеже – Оке. Более-менее реальными вариантами преодоления этой речной преграды были пять автомобильных мостов:
1) на автодороге М-2 в районе Серпухова (его можно считать за два). Для атакующей стороны он имел следующие недостатки: наличие на обоих берегах небольших автомобильных мостов (пригодных для подрыва), длиннющая открытая часть (2 км до реки и 1,5 – после) и мощный лесной массив на северном берегу. Т.е. мягко говоря, очень неудобная для атаки местность при наличии упорного противника (в качестве которого, по слухам, конкретно здесь выступал спецназ ВДВ);
2) на автодороге М-4 в районе Каширы (самый быстрый вариант движения). Имел похожие недостатки: открытое место (2 км до реки – это эстакада, не насыпь), лес на северном берегу;
3) старый мост в районе Каширы. Подход с юга в лесу, но за рекой те же 2 км открытой местности, и опять лес плюс фабрика «Марс»;
4) городской мост в Коломне. 3 км до него – это город, прямо перед мостом – Щуровский цементный завод и Щуровский карьер (потенциальный источник тяжёлой техники). Здесь засветились чеченцы;
5) на автодороге М-5 в районе Коломны – самый открытый с обоих берегов.
Варианты с автодорогами М-2 и М-5 были очень не фонтан для быстрого продвижения, в первом случае светил проезд через Тулу (можно, конечно её и объехать, но вряд ли это будет сильно быстрее), во втором – через Зарайск и Луховицы, да и вообще местные дороги явно не ровня трассе М-4 ни по ширине, ни по (что более важно для разведчиков) возможности обзора. С учётом того, что у ожидающих войск уже было время подготовиться, то неприятности могли бы начаться задолго до Оки.
Понтонный мост в районе Озёр можно исключить по причине его мобильности (можно было быстро развести, что было и продемонстрировано прямо в процессе). А дальше адекватные переправы были только в Калуге и Рязани (путь через Алексин не очень подходил для танковых трейлеров, паромы на Оке, очевидно, были бы блокированы, как и любые железнодорожные мосты).
Таким образом, можно констатировать, что, скорее всего, прорыв наличными силами вагнеровцев к Москве был просто невозможен.
А как же всякие блокпосты на МКАДе, спросите вы? Согнать все имеющиеся силы к Оке – так себе вариант, нельзя исключать варианты появления каких-либо диверсионных групп, да и банальной паники никто не отменял. Могу напомнить о событиях Московской паники 1941-го года, казалось бы тоталитаризм, война, однако же случилось. Ну и имеющиеся силы неплохо бы держать в тонусе, благо хуже всего, когда бойцы сидят без дела (да ещё и в смартфонах).
Б) Могли ли мятежников остановить ранее?
С учётом заявленной численности отрядов, двигавшихся на Москву (до десятка тысяч человек) и не имевших инженерной техники (зато имевших бронетехнику и хорошую ПВО), останавливать имело смысл на естественных рубежах – реках: Дон (в районе Задонска), Сосна (Елец), Красивая Меча (Ефремов), либо на узких местах самих автодорог (мостах, эстакадах). Однако подобные попытки имели смысл либо при тотальном уничтожении переправ в районе предполагаемого движения мятежников, что, очевидно, совсем не хорошо для нормальной хозяйственной деятельности (и для продолжающейся СВО), либо при наличии достаточно больших и подготовленных воинских соединений (которые ещё и должны иметь время на инженерную подготовку своих позиций), коих вдоль М-4, прямо скажем, не густо.
М-4 по большей части Воронежской, Липецкой и Тульской областей имеет платный вариант (2+2 полосы, по большей части – автомагистраль) и бесплатный. Поэтому дорог там хватает, вопрос в качестве и возможности блокирования.
Соответственно, оптимальным было бы просто задержать движение колонны за счёт различных препятствий, дав время подготовиться войскам на рубеже Оки. Можно предположить, что это и было сделано, возможно, не оптимально.
По банальным Яндекс-картам от Луганска (усреднённо предположим расположение лагерей вагнеровцев именно там) до Новомосковска (где они примерно закончили свой автопробег) – 750 км. Для танкового трейлера, едущего, со скоростью 60 км/час – это 12,5 часов, для ЗРК «Панцирь», который, по логике, должен бы быть ядром передового отряда для захвата переправ (90 км/час) – 8,5. Ехали явно больше 20 часов, соответственно, пассивные мероприятия снизили скорость отрядов минимум вдвое.
В) Можно ли было бы сделать больше?
Чисто гипотетически, сильно затормозить (если вообще не остановить, по крайней мере, танковые трейлеры) могли бы областные администрации с органами МВД – перекрыть движение, нагнать на трассу побольше тяжёлой строительной (эскаваторы, бульдозеры и т.д., можно прямо на трейлерах) или транспортной (песковозы, щебневозы, панелевозы, бетономешалки, автоцистерны) техники под эстакады и на мосты, которых на трассе М-4 навалом, на открытых участках насыпать гвоздей, битого стекла (любая шина не вечна, особенно у трейлеров), накидать дорожных шипов – в общем, была бы фантазия и воля.
Если добавить возможное взаимодействие с министерством обороны (которое в адекватном виде, скорее всего, отсутствовало), то вопрос блокировки вообще был бы элементарным.
Проблемка, правда, в том, что направление движения изначально предугадать было затруднительно – ну кто в здравом уме может предположить, что 1) вагнеровцы реально поедут в Москву, 2) они надеются там застать Шойгу и/или Герасимова. Поэтому расползания вагнеровцев в стороны аэродромов (в полном соответствии со старым правилом: лучшая ПВО – это танки на аэродроме противника) воспринимались как попытки прихватить что-нибудь особо ценное, например, ТЯО. Поэтому, например, вроде как долбанули (неудачно) мост через р. Битюг на автодороге Воронеж – Борисоглебск, которая вроде как вела к хранилищу ядерного оружия, Воронеж-45 в районе Борисоглебска.
Что бы сейчас не говорили – в действиях МО явно прослеживается паника и отсутствие какого-либо плана, по крайней мере первоначально.
Ну и вторая проблема – этой же администрации очевидно и пришлось бы разгребать навороченное. С учётом того, что изначально (да и потом тоже) серьёзность положения вызывала сомнения (чему не мало поспособствовали новости из того же Ростова-на-Дону, где реального ничего опасного не происходило), то и желания наворотить что-нибудь реально непроходимое не возникало – тебе же потом своё творчество и придётся разбирать. А получение плюшек за проявленную предприимчивость у нас абсолютно не гарантированно (вероятность получить за навороченное люлей куда больше).
Ну а теперь перейду к вопросу: что же это было?
Собственно, адекватных версий всего две:
1) Озвучиваемая официально – на фоне противоречий с Шойгу/Герасимовым Пригожин решил, что в состоянии разобраться с ними военным (точнее – вооружённым) путём при поддержке/непротиводействии армии (большей части) и населения. В результате противодействия (которое имело место быть) решил не доводить дело до серьёзных боёв (а на Оке вряд ли бы стали устраивать переговоры) и согласился на предложенные через Лукашенко условия Путина;
2) Конспирологическая – что это некий хитрый план, проговоренный основными участниками. Целями подобного плана назывались:
а) разруливание конфликта между Пригожиным и Шойгу/Герасимовым посредством раздела ЧВК Вагнер на две части, одна из которых (не участвовавшие в мятеже и, возможно, раскаявшиеся) поступает в распоряжение МО, вторая остаётся в подчинении Пригожина;
б) усиление Белоруссии за счёт перевода туда пригожинской части ЧВК с самим Пригожиным – Лукашенко получает бойцов, имеющих богатый боевой опыт (который можно передать подразделениям белорусской армии) и не имеющих местных связей (т.е. местным протестующим могут дать в дыню без особых колебаний);
в) усиление авторитета самого Лукашенко, что желательно на фоне всяких разных слухов и предстоящих выборов;
г) создание перманентной угрозы Украине, Польше, Латвии и особенно Литве.
У нас на слуху Сувалкинский коридор, но кратчайший автомобильный путь в Калининградскую область лежит через Литву.
С точки зрения экономической войны, чем больше противником делается лишних телодвижений (даже дурацких заборов или переименований, не говоря уже о переброске реальных войск) – тем лучше;
д) выявление лиц, как прямо поддерживающих, так и просто сочувствующих Украине. Понятное дело, что далеко не все на это действо повелись, но тут уж что есть, то есть;
е) выявление малодушных чиновников (и не только), намылившихся из Москвы во всех возможных направлениях. Понятное дело, что в столь тяжёлые времена наличие подобных лиц на ответственных постах крайне нежелательно;
ж) проверка работы местных органов управления, различных министерств и ведомств в стрессовой ситуации (с последующими выводами);
з) как вариант, переброска каких-либо войск (например, чеченского спецназа в зону СВО);
и) устранение недостатков штатов частей и подразделений (например, Росгвардия получит тяжёлое вооружение, те же танки. Подозреваю, это реакция на действия МО);
к) проверка мировой поддержки России (куча стран выразили поддержку, можно сказать, конкретно Путину, а некоторые предложили помощь) и, хоть и спорно, упрочнение этой самой поддержки – ведь быстрое подавление серьёзного вооружённого мятежа говорит о прочности действующей власти.
Данная версия, естественно, имеет и плюсы, и минусы. К плюсам стоит отнести:
1) «Мятеж» практически никак не отразился на ходе СВО, ни украинцы ничего такого не предприняли (что, кстати, ставим под сомнения озвученное американцами, что они де давно об нём знали), ни наши не жаловались на отсутствие поддержки;
2) Время «мятежа» удивительным образом совпало с концом рабочей недели, что позволило минимизировать экономические последствия – никакие биржи или официальные курсы никуда не успели толком упасть, как всё кончилось;
3) В переезде (точнее - демонстративном перелёте) Пригожина, как бы провинившегося перед Путиным, аж в Белоруссию (из которой он, собственно, никуда кроме как обратно в Россию официально выехать и не может, так как находится под санкциями США и ЕС) можно увидеть его уверенность в собственной безопасности.
Естественно, имеются и минусы:
1) Для самого Пригожина на данный момент не видно никаких особых плюсов, только минусы. Например, реноме ЧВК очевидно должно бы упасть в виду явного бунта против фактического нанимателя;
2) Подобные «хитрые планы» не характерны для нашего МО. Можно, конечно, допустить, что его вообще не уведомили, но тогда план становится совсем уж хитрым, с реальной возможностью накрыться медным тазом в случае серьёзного столкновения вагнеровцев с российскими военными. Напомню, что Путин фактически обвинил Пригожина в государственной измене, что по идее развязывало руки по борьбе с мятежниками;
3) Мятеж всё-таки привёл к гибели людей (оценки, правда, сильно расходятся даже в количестве сбитой и уничтоженной техники). С другой стороны, для «хитрого плана» незначительные сопутствующие потери даже желательны, иначе мятеж бы выглядел совсем уж карикатурным.
В общем, конспирологическая теория достаточно обоснована и распространена в том или ином виде.
Понятное дело, что последствия мятежа (или "мятежа") будут выплывать и проявляться ещё весьма продолжительное время. Надеюсь, что будет больше положительного, чем негативного.