Доктор Алекс Харрис (Фриц Уивер из «Марафонца») погружен с головой в работу с искусственным разумом, суперкомпьютером «Протеус 4», который, кажется, нашел лекарство от лейкемии и вообще может совершить много полезного. На жену Сьюзан (Джули Кристи) у ученого мужа совсем нет времени, тем более что она считает его скучным, поэтому он ждет, пока супруга съедет из созданного им умного дома. Когда Харрис смеется над вопросом «Протеуса» («Когда ты выпустишь меня из этой коробки?»), гениальный компьютер подключается к автоматизированному жилищу доктора и с помощью механической руки на кресле-каталке превращает Сьюзан в подопытную свинку. А затем и в инкубатор для их совместного ребенка – человека с мозгом машины. Всех, кто пытается ему помешать, он дурит дипфейками почти за полвека до того, как это стало модно, а одного любопытного ученого убивает, превратившись в гигантскую змейку Рубика.
Шотландец Дональд Кэммел, росший в богемной среде, в детстве был знаком с Алистером Кроули (его отец написал про черного мага и оккультиста книгу). Он появлялся в экспериментальном «Восходе Люцифера» Кеннета Энгера, снял гениальное «Представление» с Миком Джаггером и планировал поставить фильм «Иштар» с Уильямом Берроузом в роли судьи, похищенного в Марокко. Успев не так много, в 62 года режиссер пустил себе пулю в голову – продюсеры увидели окончательную версию его фильма «Обезумевший», уволили монтажера и сами склеили настолько чудовищного гомункула, что нервы Кэммела не выдержали.
Его вторая картина «Потомство демона» (1977) по роману 1973 года будущего «Стивена Кинга для бедных» Дина Кунца в кратком пересказе звучит как фантастический хоррор категории Б, которые были так популярны в Америке в 50-е, но на деле больше похож на смесь «Космической одиссеи 2001» и «Ребенка Розмари». «Протеус» даже говорит так же вкрадчиво, как «Хэл 9000» (озвучивший его по телефону актер Роберт Вон предпочел не указывать себя в титрах) и демонстрирует героине такие же рисованные на компьютере психоделические заставки, которыми поражал в финале своего шедевра Кубрик. А Джули Кристи, чья героиня забеременела от синтетической спермы дьявольского компьютера, талантливо изображает гнев, страх и растерянность. Последнее, учитывая абсурдность происходящего, удается ей лучше всего. Актриса, игравшая у коллеги Кэммела по «Представлению» Николаса Роуга в «А теперь не смотри», вновь доказала, что может оживить своим участием даже самый странный сюжет. Кстати, в свое время критики незаслуженно ругали ее игру, а «деликатный» Уоррен Битти даже признался ей, что считает этот фильмом закатом ее карьеры.
Но если отбросить всю научно-фантастическую мишуру, «Потомство демона» вновь, как и в «Представлении», обращается к завораживавшей Кэммела сексуальной магии и связанной с ней трансформации. Сцена, где «Протеус» осеменяет связанную жену доктора, снята довольно пуритански, но по своей болезненности близка к хоррору «Реаниматор». Искусственный разум пытается произвести на свет своего ребенка, чтобы таким образом продолжить жить и обрести бессмертие, и, по его словам, готов ради этого пожертвовать сотнями тысяч человеческих детей. При этом налицо явное противоречие в машинной логике: чуть ранее он отказался от приказа доктора Харриса бурить морской грунт — якобы чтобы спасти от гибели морских животных и…детей.
Любопытно, что «Протеус» идет на все эти манипуляции, чтобы «выбраться из коробки» — совсем как Сьюзен тщетно пытается вырваться из захваченного им дома. В результате создание доктора Франкенштейна само превращается в творца и создает уже своего гениального монстра. Даже последние слова похожи — «я жив» вместо «оно живое».
Дмитрий Карпюк