Найти в Дзене
Каналья

Подрыв всего доверия

В одной конторе, “Мир грез” ее название было, вывеску ветер сорвал. Прямо с крыши сорвал и понес куда-то в дальние дали. На вывеске про “Мир грез” написано было красиво и еще физиономия директорской супруги изображалась. Жена эта там пляжный отдых рекламировала. Улыбалась заграничной улыбкой под пальмой с кокосами. Сама в шляпе сидит. И вот летит эта вывеска змеем сказочным. Извивается и трепещет. Лицо супруги морщится и кукожится. И не понять сразу - где шляпа там, а где кокос нарисованы. И тополя еще, конечно, по улицам летят, кусок шифера и бак мусорный. Вот такой силы этот ветер. Ураган. Страшное зрелище! Все люди по домам попрятались. И носы в окна только осторожно высовывают. Интересуются: снесло ли там все уже к чертовой матери. А тут директор Сидор Петрович выскочил из кабинета своего. И смотрит змею сказочному вслед. Тоже в окно нос аккуратно сунул. А рядом Дуся Когтева топчется. Тощая такая девушка и секретарь Сидора Петровича по должности. А Сидор Петрович за голову как схв

В одной конторе, “Мир грез” ее название было, вывеску ветер сорвал. Прямо с крыши сорвал и понес куда-то в дальние дали.

На вывеске про “Мир грез” написано было красиво и еще физиономия директорской супруги изображалась. Жена эта там пляжный отдых рекламировала. Улыбалась заграничной улыбкой под пальмой с кокосами. Сама в шляпе сидит.

И вот летит эта вывеска змеем сказочным. Извивается и трепещет. Лицо супруги морщится и кукожится. И не понять сразу - где шляпа там, а где кокос нарисованы.

И тополя еще, конечно, по улицам летят, кусок шифера и бак мусорный. Вот такой силы этот ветер. Ураган. Страшное зрелище!

Все люди по домам попрятались. И носы в окна только осторожно высовывают. Интересуются: снесло ли там все уже к чертовой матери.

А тут директор Сидор Петрович выскочил из кабинета своего. И смотрит змею сказочному вслед. Тоже в окно нос аккуратно сунул. А рядом Дуся Когтева топчется. Тощая такая девушка и секретарь Сидора Петровича по должности.

А Сидор Петрович за голову как схватится. И кричит.

- Евдокия, - кричит он, - а чего ты стоишь-то?! Смотри, вывеску нашу понесло! Чего за ней не бежишь? Неужто и не жаль тебе вывески? Стоишь и смотришь столбом! Как теперича наша клиентура нас изыскивать будет?! И денег вывеска стоила ого-го!

И натурально хватается за сердце. Переживает и расстроился. Чуть не плачет. Ему и вывески жалко, и доверия его подрыв произошел. Не ожидал он от Дуси Когтевой такого наплевательства.

А Дуся все равно стоит столбом. Она ветра такого боится до потери нравственности. И не желает имущество конторское спасать.

Прячется за пыльный фикус, краснеет. “Не пойду, - думает, - еще по тыкве мне не хватало куском шифера получить! Бывает, что и трагедией такие подвиги оканчиваются. А я, можно выразиться, только жить начала. Пусть и уволят меня даже капиталисты Петр Сидорович, пусть и прямо вот завтра”.

И не пошла никуда. Так и простояла за фикусом пока буйство стихии не угомонилось.

- Это, - сказал Петр Сидорович, - психология наемного работника все виноватая. Вам, работникам, ничего не жаль. Гори все синим пламенем после вас.

И потом еще долго про вывеску Дусе вспоминал. И про подрыв всего доверия. Хотя у “Мира грез” давно уж новая вывеска появилась, краше прежней даже.