Встретила интересные выражения, спешу ими поделиться.
«Кровная служба». Прилагательное «кровный» имело еще и значение «связанный с кровопролитием»: «кровная война», «а годовой памяти указал государь по тех побитых быть июля в 18 день, чтоб та их кровная служба в забвенье николи не была». Что же касается более привычного нам «кровного родства», то в одном из источников XVI века встречается интересное словосочетание «кровная связка»: «Стефан воевода волошской был у деда государя нашего, у великого князя Ивана, в любви и кровной связке». Здесь речь идет о молдавском господаре Стефане III, дочь которого Елена, прозванная Волошанкой, была женой Ивана Молодого – старшего сына великого князя Московского Ивана III. Мать же Елены приходилась Ивану III двоюродной сестрой. Отсюда и «кровная связка»: общий предок великий князь Московский Иван I Дмитриевич (старший сын знаменитого Дмитрия Донского). К слову, в истории Елены Волошанки часто употребляется выражение «нужная смерть». Дело в том, что Елена вела активные интриги против свекрови Софьи Палеолог и брата мужа. В результате Иван III заключил невестку в тюрьму, где, согласно некоторым источникам, ее и настигла «нужная» – то есть насильственная смерть. Прилагательное «нужный» в древних текстах значило: сильный/стремительный/ бурный; относящийся к насилию; тягостный/мучительный; требующий больших усилий/сопряженный с опасностью, то есть тяжелый/ опасный; скудный/недостаточный /плохой («нужной корм»); терпящий нужду/утеснение, бедствующий/лишенный необходимого; относящийся к бедам/страданиям/лишениям; настоятельный/неотвратимый; важный/неотложный. Значение «необходимый» – №11 в списке. Существительное «нужник» (отхожее место, туалет) приходится ему родственником: в источнике XVI века читаем о «нужная места утробныя потребы». «Утробныя потребы» – прекрасно же звучит.
«Полонное терпение». «Терпением» у наших предков было не только умение настойчиво и упорно делать что-либо/переносить что-либо, но и стойкое перенесение бед/мучений/лишений/тяжких трудов. Тех, кто перенес во время службы государю тяготы плена («полонного терпения») или же «осадного сидения» («осадного терпения»), могли и наградить. Так, например, 22 сентября 1618 года войска Владислава IV стали лагерем на подступах к Москве, у села Тушино. Одновременно у Донского монастыря разместились отряды гетмана Сагайдачного, союзника Владислава. Первого октября был предпринят штурм Москвы, однако все попытки овладеть городом закончились неудачей. Правительство оценило заслуги московских «осадных сидельцев»/ участников обороны Москвы: помимо денег они получили еще и право перевести часть своих поместий в вотчины.
Жаловали служилых людей также и за взятие языка, которое тогда называли «язычным приводом»: «дано государева жалованья атаману Авдею Федорову за службу и за язычной привод» (цитата из приходно-расходной книги Казенного приказа за 1614 год). Примеры «язычного жалованья»: в 1613 году Петр Лодыженский получил портище (кусок) в четыре аршина без чети сукна английского багрового, Иван Арбузов в январе 1614 года – в четыре аршина без чети вишневого сукна настрафиля (происхождение этого названия сукна среднего качества неизвестно), а Данила Федоров сын Алексеев – девять аршин зеленой немецкой тафты.