Питерский поезд-5
Свара разрасталась и грозила перейти в скандал. На Лешку нападали со всех сторон. Он не успевал и слово вставить. Подумал: может, это и хорошо? Отмолчаться надо! Ничего не признавать, никакими своими мыслями не делиться.
Этот Леонид Иванов шишка, похоже, крупная. К тому же выдвигается в областные депутаты. А ну, как за Леху конкуренты ухватятся! Чем ни компромат? Внебрачный сын. Воспитывался матерью-одиночкой, брошенкой. В бедноте-тесноте рос малец. Приехал в северную столицу за ради куска хлеба...
-Стойте, мужики! - осенило вдруг Николая.- Невыгодно нам Алексея в три шеи гнать. Еще неизвестно, как оно, дело, обернется! А если победит Леонид Андреевич? Мало нам, думаю, не покажется! За то, что притесняли, не доплачивали, в черном теле держали... Тут, Василь Яковлевич, обмозговать хорошенько надо! Не рубить с плеча.
-А кто рубит? - перестроился бригадир.- Уму-разуму малость поучили и довольно. Алексей, завтра за стропальщика встанешь! Да, и премию я на бригаду выписал. Садись, ведомость заполни!
Леша под диктовку бригадира записал столбиком фамилии. Строго по алфавиту. И сумма против каждой одна и та же. Ему дадут как всем?! Вот уж не знаешь, где найдешь, где потеряешь...
Следующая неделя прошла для Лешки относительно спокойно. Никто ни о чем его не расспрашивал. Относились ровно. Не гнобили и не заискивали. Алексей чувствовал себя сыном лейтенанта Шмидта. Самозванцем, то есть
Хотя ведь ни единого словечка он об этом Иванове с портрета не произнес. Мужики сами решили, что раз Ивановы, да еще отчество сходится, - значит отец и сын. Ни опровергать, ни подтверждать Лешке не пришлось. Никто не спрашивал.
Сходить в избирком Алексей тоже не выбрался. Бригадир на курсы новенького определил. А они после работы. А когда идти? Одна надежда на выходной. Хотя, кто его знает, открыт ли по воскресеньям этот самый избирком?
В один из дней на участок пожаловали гости! Мать моя! С микрофоном, с камерой!
Сначала брали интервью у бригадира. А потом, как-то плавненько так, сместили акцент внимания на самого молодого в бригаде. Лешку, стало быть. Вроде невинные вопросики, а всё как-то с подвохом. Алексей был на чеку, ловко увертывался от разговора на личные темы. Потом и вовсе обнаглел:
-Некогда мне тут с вами лясы точить, переливать из пустого в порожнее! Работать надо! Сдельщина у нас.
-Так вы, стало быть, в деньгах нуждаетесь, Алексей Леонидович? -поторопился с вопросом корреспондент, нажимая на отчество.- А вот ваш знаменитый тезка... Или не тезка? Кем вам приходится Леонид Андреевич Иванов?
Оператор наехал камерой на Алексея в предвкушении разоблачительного крупного плана. Однако, парень и бровью не повел:
-Сказал "баста" - значит, "баста"! До свидания!- резко повернулся и как ни в чем ни бывало направился к лестнице на торцевой стене.
Спустя три минуты Иванов-младший был уже на крыше. Едва журналисты ушли, бригадир обвел тяжелым взглядом мужиков:
-Кто?
Повисла тяжелая пауза.
-Я спрашиваю: кто распустил язык о чем не следует? Условие знаете. Из-за одного болтуна премии лишается вся бригада!
-Погоди, Василь Яковлевич! Что ж это такое: не успел выписать - и денежки тю-тю?! - возмутил Стас.
-Я как выписал, так и перечеркну! Нечего тут демагогию разводить! Взяли моду!
Дня через три, когда Алексей все же выкроил время, чтобы поехать на Выборгскую сторону, разузнать про Иванова, на него напали неизвестные. Подошли сзади, оглушили, повалили на землю. Избили не то чтобы сильно, но как-то прицельно что ли... Не лицо - сплошной синяк.
Алексей очнулся в больнице. Сердобольная старушка, шедшая из булочной, обратила внимание на куль в подворотне. Куль оказался Алексеем...
Едва пациент смог разговаривать, к нему пришел полицейский. Пострадавший честно признался, что не видел лиц избивших его.
-Они ж меня вырубили сразу!
-Но, может быть, у вас есть подозрения, кто бы это мог сделать? - вкрадчиво поинтересовался следователь.- Кому вы насолили в последнее время, кому перешли дорогу? Вспоминайте!
-Да никому вроде,- искренне ответил Лешка.- Я ж только недавно в Питере. Кого я знаю?!
Посетитель дал подписать протокол и ушел с недовольным видом. Алексей разозлился: я же еще и виноват, что не запомнил нападавших?!
Еще через несколько дней в травму пожаловал новый гость. Лешка узнал его сразу. Те же строгие глаза с прищуром, жестко сомкнутые губы. Он еще тогда, когда сдирал плакат с забора, подумал о кандидате: странный человек, не улыбнулся на камеру! Не ищет людского расположения? Кто ж его тогда изберет?!
-Знаешь кто я?- пытливо сверля глазами обмотанного бинтами парня, спросил Иванов.
Сглотнув слюну, Алексей кивнул. Потом решил уточнить:
-На плакате вас видел!
-И больше нигде?- усмехнулся Леонид Андреевич.- Ну что ж, давай знакомиться!
Предыдущая глава 4