Летом 1942 года начальник особого отдела Ленинградского фронта Александр Семёнович Быстров выдал своим подчинённым информацию, требующую особого внимания – при отступлении немцы оставляют на наших территориях значительное количество агентов. Некоторым даже устраивают лёгкие огнестрельные ранения, чтобы можно было быстрее внедрять их в части Красной армии.
Особенно это требовало внимания в связи со значительным прибытием пополнения и готовящимся прорывом блокады Ленинграда. А за несколько дней до наступления командующий Ленинградским фронтом генерал Л. А. Говоров предупредил контрразведку о том, что от их бдительности во многом зависит результат наступления. В передовых частях безусловно были вражеские лазутчики. Следовало не допустить передачи информации на вражескую сторону.
Таких попыток предупредить врага было несколько. Одной из них стала история в полку артиллерии 67-й армии. Среди вновь прибывших бойцов там оказался рядовой Степан Буравкин.
Солдат был не слишком разговорчивый. Но может и понятно. Сполна хлебнул тяжёлых боёв первых военных месяцев. А в октябре 1941 года вообще попал в плен, бежал и добрался до родных мест в Калининской (Тверской) области. Пришлось пожить под немцами, а когда в район пришли наши части, снова пошёл воевать.
Буравкина причислили к артиллерийской батарее. Нареканий на бойца не было. Но когда стало явно заметно накопление наших частей на берегу Невы, Степан неожиданно стал проситься в стрелковые части. Объяснял это тем, что хочет сойтись с врагом в рукопашной. Когда не взяли, изъявил желание перейти к разведчикам. Но переводить знающего артиллериста «в пехоту» командирам не было смысла.
Представитель контрразведки в полку, старший лейтенант И. В. Васильев заметил, что после отказа в переводе Буравкин стал ещё более замкнутым. Он почти не разговаривал. Зато обязательно подсаживался поближе к тем, кто заводил разговор о будущем наступлении. И старался заводить знакомства с теми, кто только что прибывал в полк.
Васильев пошёл с докладом к Дмитрию Дмитриевичу Таевере – зам. начальника особого отдела армии. Телеграфом запросили информацию о том, что известно о делах Буравкина во время оккупации?
Пока ждали ответ – он вдруг исчез, сразу после ужина. Когда Степан не появился и через час, командир отделения пошёл его искать. Бесполезно. Немедленно сообщили в штаб полка и особый отдел. Допустить перехода предателя к фашистам на левый берег было нельзя.
Днём каждая точка нейтральной полосы невского льда простреливалась. Ночью там выставляли боевое охранение. Перейти незаметно было практически невозможно. Через некоторое время стало известно, что Буравкина задержал «секрет» пограничников, приданных перед наступлением в усиление.
Но он спокойно заявил Таевере и Васильеву, что шёл к другу в другой дивизион и видимо случайно свернул не туда, поэтому и оказался на льду Невы. Степан стоял на своём, пока не пришла телеграмма из Калинина. Там сообщалось, что Буравкин сотрудничал с фашистами и материалы выслали почтой.
Через некоторое время предатель заговорил. Попав к немцам, Буравкин сдал им абсолютно всю информацию, которую знал о своей 117-й дивизии. Видя такую готовность служить, нацисты предложили предателю вступить в отряд карателей, который формировали для уничтожения партизан. Он согласился. Через некоторое время ему разрешили пойти к семье, но с условием, что он будет выявлять и докладывать о всех «патриотах Советов». Его стараниями фашисты взяли многих в округе.
Перед отступлением немецкий комендант вызвал Буравкина. Сказал, что немцы временно отступают, а потом пойдут на Москву. А он, Степан, должен остаться и когда узнает о наступлении, перейти линию фронта и предупредить их. Буравкин, забывшись, увлечённо рассказывал нашим контрразведчикам о том, что немцы обещали ему землю и даже участок леса в собственность, если он всё сделает вовремя.
С предателем и пособником нацистов всё было ясно. Состоялся трибунал, который вынес справедливый приговор.
А контрразведчики и пограничники сражались в общем строю во время прорыва ленинградской блокады. Дмитрий Дмитриевич Таевере стал одним из инициаторов снайперского движения. Контрразведка продолжала крушить врага на разных фронтах.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.