Когда Жанна вошла в квартиру, девочка сидела на диване, обхватив ноги руками. Она исподлобья взглянула на Жанну, и та приветливо улыбнулась ей.
- Привет, солнышко.
Девочка не улыбнулась в ответ, просто продолжала смотреть на Жанну. Так, что той неуютно стало от этого испытующего, совсем недетского взгляда.
- Тебя ведь Катя зовут, да? А вот сколько тебе лет, я не знаю...
На самом деле Жанна, конечно, прекрасно знала, что дочери ее мужа от первого брака недавно исполнилось девять лет, что она закончила второй класс, и что сегодня Кирилл приведет ее к ним домой...
Но диалог нужно было завязывать и отношения устанавливать.
Девочка молчала. Жанна подумала, что та походит на какого-то дикого зверька. Но не затравленного, а опасного. Как Лидия - мать девочка - занималась ее воспитанием, совершенно непонятно...
Жанна никогда особенно не любила детей. Она не играла в дочки-матери, ей не нравилось пеленать куколок в детстве. Став старше, она больше времени уделяла учебе, а затем работе. Ей никогда не нравилось играть с племянниками, а уж тем более "сидеть" с ними.
И вот, будучи женщиной с такими установками, она выбрала себе мужчину, у которого уже был ребенок. Девочка Катя, которая постоянно жила с первой женой Кирилла.
Жанна отдавала себе отчет в том, что детей она не слишком-то и любит. Но по всем остальным критериям Кирилл ее устраивал.
А недостатки есть у всех, подумала она тогда. И дала согласие стать его женой.
Сначала все шло гладко. В общем и целом, можно сказать, что Катя не слишком влияла на их совместную жизнь с Кириллом. Иногда он проводил выходные с дочкой, Жанна старалась при этих встречах не присутствовать.
Но тут Лидия неожиданно попала в больницу, и теперь Кате предстояло жить с ними около двух недель.
- Хочешь, мультики включу? - предложила Жанна.
На это предложение Катя хоть как-то отреагировала и радостно кивнула. Жанна взяла пульт и принялась искать детский канал. Включив мультики, она с облегчением ушла на кухню.
Открыла холодильник, достала продукты, уже начала готовить и вдруг поймала себя на мысли, что не знает, что готовить Кате.
- Ты есть будешь?
Жанна заглянула в комнату. Катя все также сидела с ногами на диване. Девочка отрицательно покачала головой.
- Но тебе же надо поужинать!
- Я не хочу.
- Ладно, сделаю тебе рожки с сыром, - решила Жанна.
Все дети любят рожки. И пиццу. Готовые коржи для пиццы у Жанны были, она быстро разморозила их, сложила на тесто ветчину, помидоры, подумав, добавила немного цветной капусты, но так, чтобы не было сильно заметно. Все какая-то польза, решила она. Затем обильно натерла сыр и поставила пиццу в духовку.
Вскоре ужин был готов.
Жанна поставила перед девочкой тарелку с рожками и принялась разрезать пиццу.
- Я не буду, - Катя отодвинула тарелку.
Жанна не стала настаивать.
- Ладно, а пиццу?
- Я такое не ем.
При этих словах Жанна почувствовала, как нарастает у нее глухое раздражение.
- Ладно, какао будешь?
- Нет!
- Ну на нет и суда нет. Голодная спать ляжешь?
- Голодная лягу!
- Дело твое.
Жанна постаралась успокоиться. Но в этот момент она осознала, насколько нетерпимой по отношению к детям она может быть.
В ней не было ни спокойствия, ни терпимости - глухое раздражение сменилось практически злостью, хоть она и осознавала, что не имеет права испытывать такие чувства.
В конце концов, что произошло страшного? Девочка просто отказалась есть.
Щелкнула входная дверь, Кирилл пришел с работы. Жанна постаралась успокоиться. Встретила мужа у двери, поцеловала.
- Все в порядке?
- Да, Катя не стала ужинать, но в общем, все в порядке.
Жанна злилась на мужа. Приехал, оставил на нее ребенка и снова уехал на работу. Как будто сбежал...
Хоть она и понимала, что не может ни в чем его винить, но это чувство было ей неподвластно. Тем более, что, поужинав, Кирилл стал вести себя точно также, как и всегда: перешел на диван и включил телевизор, видимо, предполагая, что купать и укладывать Катю будет Жанна.
Мыться Катя отказалась. Зубы кое-как почистила. Жанна постелила ей постель и, наконец, с облегчением уложила ее спать.
Вернувшись в комнату к мужу, Жанна уселась на диван. Чувствовала она себя совершенно вымотанной.
- Что-то я устала, - сказала Жанна.
- От чего? - удивился Кирилл.
- Сама не знаю. Сначала готовила ужин, убеждала поесть, потом помыться, потом укладывала...
- Да как ты ее укладывала? Постель расстелила и дверь в комнату закрыла. А ужин готовила, подумаешь, рожки и пицца!
- Так почему ты сам не сварил эти рожки и не сделал эту пиццу? - вскричала Жанна.
- Потому что я был на работе, - напомнил муж. - Если бы я был дома, то приготовил бы что-то посерьезнее, чем пицца и макароны.
- Да она даже пиццу есть не стала! Будет она тебе борщ с котлетами есть!
И Жанна ушла в спальню.
Нет, дети - это слишком утомительно, подумала Жанна, проваливаясь в сон.
Первая катина истерика случилась однажды вечером, когда Жанна, лежа на диване, уже чувствовала, что погружается в сон.
- У нас есть что-нибудь сладкое? - спросила Катя.
Жанна припомнила содержимое холодильника и ответила отрицательно.
- Пойдем купим, - настаивала девочка.
- Катя, давай завтра, я не могу, я устала. Да и поздно уже.
- Нет, сегодня! - почти крикнула Катя. - Сейчас!
- Сейчас я устала, - Жанна почувствовала, что закипает.
И тут Катя расплакалась. Она рыдала надрывно, со всхлипами, Жанна сначала даже опешила. Ей не приходилось иметь дело с детскими истериками.
Она подошла к Кате, попыталась ее обнять. Но та изо всех оттолкнула ее руку.
В тот раз Жанна проиграла. Как выяснилось, она не переносит детский плач. И в тот момент она готова была на все, что угодно, лишь бы эта истерика прекратилась.
- Ладно, пойдем, - сдалась Жанна.
Они пошли в магазин и накупили различных сладостей. Девочка успокоилась практически сразу, и Жанна перевела дух.
Только позже она осознала свою ошибку. Теперь Катя поняла, каким образом можно получить все, что она хочет, и устраивала истерики всякий раз, когда Жанна в чем-то ей отказывала.
Прошло две недели, и Жанна сама не поняла, как из жизнерадостной, уверенной в себе женщины она превратилась в нервную истеричную тетку, вздрагивающую при каждом слове ребенка.
Ей казалось, что этот ребенок разрушил всю ее жизнь. Разрушил прежде идеальные отношения с мужем. Теперь Кирилл тоже стал ее раздражать. Он как будто не понимал, что в первую очередь должен сам заниматься со своим ребенком.
Он приходил домой и ложился на диван. Если Жанна давала ему какое-то поручение, он выполнял его нехотя. Так, словно делал ей одолжение.
Жанну злили его постоянные отлучки типа "помочь другу". Злили постоянные задержки на работе. Жанна была в отпуске, поэтому заниматься ребенком целиком и полностью приходилось ей. Кирилл же, приходя с работы, утыкался в свой телефон. Играть с Катей, заниматься ею - ему даже в голову не приходило.
Жанна стала нервной, нетерпимой. Она стала...злой. Она ненавидела то чувство беспомощности, которое так часто теперь испытывала.
Ведь она, взрослая женщина, не может совладать с одним вредным ребенком.
Она физически чувствовала, что ее психика скоро пошатнется.
Даже по внешности, о которой Жанна всегда так заботилась, это нежданное материнство проехалось катком.
Она всегда любила спать по выходным до обеда, а потом долго просто валяться в кровати. Любила не торопясь пить кофе. Она всегда любила заботиться о себе и своем теле. Она любила спорт, салоны красоты, плаванье и массаж.
Теперь этот размеренный устоявшийся образ жизни остался в прошлом, и это мгновенно сказалось на ее внешности. Кожа стала како-то тусклой, неровной. Носогубные складки стали резкими и заметными. Исчез блеск в глазах, а взамен вечное тоскливое недовольство поселилось в ее душе.
Жанна все больше и больше склонялась к мысли, что, наверное, просто не создана для общения с детьми.
Если сначала она старалась как-то поладить с ребенком, то потом она оставила эти бесполезные попытки. Она просто ждала, когда все это закончится. Ждала, когда Лидия выпишется из стационара и заберет своего ребенка.
Катя ее раздражала одним своим видом. Более того, Жанна вдруг поняла, что этот ребенок всегда будет напоминать ей о том, что у Кирилла до нее была женщина, которую он любил.
Женщина, на которой он был женат. Женщина, с которой у него все было серьезно.
И именно постоянное пристутсвие Кати не давало ей отделаться от этой мысли. Она как будто служила постоянным напоминанием. И отделаться от ревности Жанна не могла. Доходило до того, что она представляла, что ее муж обнимает и целует другую женщину. И бесполезно ей было убеждать себя, что все это осталось в далеком прошлом.
Прошлое прошло, говорила она себе. Но не чувстовала этого. Прошлое никуда не делось, оно просто стало подобно грузовику, исчезнувшему за поворотом дороги; он есть, он все также едет, просто мы его уже не видим.
Она видела в лице Кати черты своего мужа. Эти черточки причудливым образом сочетались в ее лице с чертами матери, Катя была весьма симпатичной девочкой, и весь ее облик как будто говорил Жанне о том, что эта девочка была зачата в любви. Потому и получилась такой. Удачной, нельзя не признать.
Она была живым свидетельством когда-то существовавшей любви. Но ведь любовь не исчезает. Совершенно невозможно предположить, что чувства, такие сильные чувства исчезают во мгновение ока... Ведь это не вода, которая может испариться, не оставив следа. Не снег, который может растаять. Постепенно прошлая любовь ее мужа стала казаться Жанне чем-то осязаемым, реальным, несущим угрозу.
Тем более, что Кирилл каждый день подолгу разговаривал с Лидией по телефону. Конечно, в основном они говорили о Кате. Кирилл интересовался состоянием здоровья бывшей жены. Но иногда Жанна слышала их смех и понимала, что они обсуждают не только практические вопросы.
У них были общие интересы, дорогие обоим воспоминания, у них был общий ребенок, в конце концов.
У них была семья, в которой она оказалась третьим лишним.
То, что они развелись, вдруг стало ничего не значащей деталью.
У них была семья. На самом деле была. Потому что семья - это там, где есть ребенок...
Однажды после такого разговора Жанна устало провела рукой по глазам. Ей вдруг показалось, что она оказалась на чужой территории. Как будто она была захватчиком, врагом...
Она совершенно явственно ощутила, что здесь ей нет места...
Она здесь на чужой территории. И рядом - чужой человек, который всегда будет принадлежать другой женщине, потому что именно с ней у него есть продолжение его самого...
В субботу Жанна предложила Кириллу взять Катю и пойти втроем погулять в парк. Ей было невыносимо сидеть в четырех стенах. А еще ей хотелось побыть с мужем.
- А что, сама не можешь сходить? - спросил Кирилл.
- Могу. Но я хотела побыть с тобой...
- Вообще я хотел отдохнуть. Неделя была тяжелая. Я думал, может, ты сходишь...
И тут Жанна почувствовала, как что-то темное в ее душе, что копилось долго и не находило выхода, сейчас вырвется наружу.
- Вообще-то это твой ребенок! Я ею заниматься вообще не обязана!
- Ах вот, значит, как ты заговорила? - медленно сказал Кирилл. - Я тебя услышал.
Больше он ничего не сказал.
В парк Жанна и Катя поехали вдвоем. На природе Жанну немного отпустило. Она вдыхала аромат смолистых деревьев, Катя бегала где-то невдалеке, занимаясь своими детскими делами. Жанна получила возможность хотя бы услышать свои мысли.
Это не то, что мне нужно. Я не хочу такой жизни. Я просто не люблю детей. Это не мое. И это невозможно перетерпеть. Даже когда Лидия выздоровеет, этот ребенок постоянно будет присутствовать в их жизни.
Мне просто не нужно было выходить замуж за "детного" мужчину. Мне нужно было искать бездетного. Я не поняла, с чем связалась.
Это не жизнь. Это ниже ее.
Кого-то это устраивает. Но она не любит детей. Она не создана для того, чтобы их воспитывать.
Когда они вернулись домой, Кирилл лежал на диван, уставившись в телефон. Но Жанну это уже не интересовало.
Она с трудом дождалась, пока пройдут невыносимые выходные, которые она хотела провести с мужем, и которые тянулись теперь так бесконечно долго.
Детные - к детным. Бездетные - к бездетным. Так должно быть.
Так в ее жизни и будет.
В понедельник утром она собрала свои вещи в большую дорожную сумку.
Катя еще спала.
Поколебавшись, Жанна решила сходить в магазин; не оставлять же ребенка голодным.
Вернувшись домой, Жанна открыла дверь и вдруг услышала голосок Кати. Она весело щебетала:
- Да, точно, мамочка! Она сумку собрала! Ты теперь довольна, мамочка? Я ведь все правильно делала?
Жанна застыла в дверях.
- Так ты это все специально делала, маленькая гадина?
Жанна поставила на стол коробку с амарантовыми шариками.
- Захочешь поесть - зальешь их апельсиновым соком. Пока. Мамочке привет.
Настало время уходить с чужой территории. Возвращаться к себе домой. Возвращаться к самой себе.
Жанна взяла сумку. Закрыла за собой дверь. Позвонила Кириллу и сообщила ему, что подает на развод.
- И вернись с работы побыстрее. Катя дома одна.
Сказав это, она отключила телефон.
Вернувшись в свою квартиру, Жанна прежде всего подумала о том, насколько правильно она поступила, когда, переехав к Кириллу, решила свою квартиру не сдавать. Кирилл не был особенно доволен этим решением.
- Тебе что, деньги лишние? - говорил он.
Но теперь Жанна порадовалась своему решению. Здесь все осталось по-прежнему. Как тогда, в ее безмятежной девической жизни. Все также стоял диван, на котором она любила лежать, закутавшись в плед, и смотреть сериалы или читать.
Да, здесь ее территория. Ее мир.
Не все созданы для того, чтобы преодолевать трудности. Некоторые хотят жить легко. Для себя. На своей территории.
Кирилл позвонил сразу же, как только она включила телефон. Жанна подумала, что нужно сменить номер, но вызов не сбросила. Она понимала, что какие-то контакты с бывшим мужем у нее еще будут. Так сразу отключить его от своей жизни не получится. В конце концов, он человек, а не утюг, который можно рраз - и выключить из розетки...
Наверное, будет просить вернуться, подумала Жанна.
- Жанна, Лида умерла! - раздался в трубке голос Кирилла.
Жанна рывком села на диване.
- Как умерла? - глупо спросила она. - И что теперь?
- Теперь... Я буду организовывать похороны. Позвонил сейчас ее родителям.
- Нет, а с Катей что?
- Будет жить со мной. Родители Лиды уже в возрасте. Немного помочь смогут. Но на постоянку не потянут.
Жанна положила трубку. Ей вдруг вспомнилась Катя. Ее светлая макушка, огромные глаза, вздернутый носик. Красивая девочка, разве что по характеру дьяволенок...
Но как там она сейчас? Знает уже или нет?
Жанна вскочила, схватила сумочку, вспомнила, что ключи от квартиры Кирилла она бросила в почтовый ящик.
И все-таки ничего не могло ее остановить.
Оставить ребенка с таким отцом, которому она не сильно-то и интересна. Ни за что, даже такого дьяволенка...
Жанна позвонила, и Катя открыла дверь.
Они взглянули друг на друга. Не было больше в глазах у Кати ни упрямства, ни вредности, только слезы.
- Мама умерла, - прошептала Катя и вдруг бросилась к Жанне, обняла ее и разрыдалась.
Жанна гладила ее головку, шептала что-то успокаивающее, хотя что тут можно было сказать...
Но с Кириллом в этот вечер она поговорила жестко.
- Значит так, жить будем по моим правилам. Ты - будешь заниматься своим ребенком, а не лежать в телефоне. Ты, - обратилась она к Кате, - будешь меня слушаться.
Катя согласно кивнула.
Ничего больше не напоминало в ней строптивого дьяволенка.
Жанна вздохнула и прижала девочку к себе.
Что ж, предстояло осваиваться на чужой территории...