Данная тема, окутана достаточно большим ореолом мифов. И действительно, хотя и говорят, что "вундервафлей" не существует, но эффективная ПРО - это заявка. А ядерные МБР, от которых оно должно защищать - это вполне себе существующее супероружие. Давайте попробуеv разобраться.
1. Во-первых, стратегическая ПРО возникла примерно одновременно с МБР. Конкретно, первый комплекс, способный сбивать МБР поступил на вооружение в 1958 г, а собственно, МБР в 1959. Это неудивительно, ведь ядерным зарядом можно сбить что угодно, как бы быстро оно не летело.
2. Во-вторых, у многих людей есть преувеличенные представления о проблемах применения ядерных ракет-перехватчиков. Высотные ядерные взрывы при правильно сочетании мощность-высота являются приемлемым методом защиты и наносят относительно незначительный урон обороняющемуся. Возможности же связи и наведения в результате них хоть и ухудшаются, но вовсе не становятся полностью невозможными. Об этом вы можете прочитать в этой книге глава "влияние ядерных взрывов на радиосвязь и радиолокацию".
3. Однако, при всём при этом, ПРО так и осталась неконкурентоспособной против МБР на уровне военно-экономическом. Т.е. произошёл очередной "сдвиг баланса между обороной и наступлением". И виной всему то, что имеющиеся средстве ПРО не удовлетворяют критерию Ницце и имеют неблагоприятный коэффициент обмена. Это значит, что на условный 1 доллар, потраченный наступающим на боеголовку МБР, обороняющемуся приходится тратить n долларов (где n >> 1) на противоракеты, способные её сбить. Соответственно, в ходе гонки вооружений с сопоставимыми ресурсами обороняющийся просто разорится и проиграет.
Таким образом, существующие стратегические ПРО могут быть только ограниченно полезными, например, перехватить случайно запущенную МБР или позволяют сверхдержаве противостоять МБР маленьких странам. Но никак не в состоянии остановить массированный контрценностный удар МБР.
Между тем, важнейший вопрос военной науки звучит так: а можно ли вообще физически создать такую ПРО, которая бы сместила это баланс обратно? Ведь, если n будет близко к единице, то ПРО станет также важна, как и наступательные вооружения. Если же возникнет ситуация n << 1, то, напротив, можно ожидать кризис наступательных вооружений и, вообще говоря, радикальное снижение ядерной опасности для населения стран вероятных противников.
Проблема эндоатмосферной ПРО: концентрация сил
Начнём с первой глобальной причины, которая делает коэффициент обмена неблагоприятным.
Пусть, вы хотите защитить 100 городов при помощи ядерных терминальных противоракет (аля-Sprint). И пусть каждая противоракета по стоимости равна боеголовке противника (с учётом затрат на запуск) и имеет вероятность поражения 100%. Также, примем, что для уничтожения города достаточно лишь одной боеголовки. И районы обороны соседних городов не перекрываются. И пусть у вас 1000 противоракет (по 10 в городе), а у противника 1000 боеголовок.
Тогда, если противник направит по 10 ракет на город, то они все будут сбиты. Однако, он может направить по 11 ракет на 90 городов. И тогда 90% городов будут уничтожены. Даже если противоракета стоит в 2 раза дешевле боеголовки, то в пределе это позволяет защитить только 1/2 объектов. Что неприемлемо.
Т.е. работает принцип манёвра силами. Классическое преимущество наступающего. Как и в случае борьбы авиации с зенитной артиллерией городов.
Проблема экзоатмосферной ПРО: ложные цели
Экзоатмосферная ПРО может быть глобальной (пример: GBI). Т.е. обороняющийся сам может маневрировать силами. Но тут наступающий применяет принцип маскировки и выпускает ложные цели.
В космосе практически невозможно отличить надувной шарик, внутри которого находится боеголовка, от надувного шарика просто. Ведь снаружи они практически не отличаются, а из-за отсутствия атмосферы летят они по одинаковым траекториям. И проблема селекции ложный целей до сих пор практически не решена.
А значит, если на каждую боеголовку есть 9 ложных целей, то придётся сбивать не 1000, а 10 000 целей. А их может быть и 100 на боеголовку.
Кто-то может возразить, что возможно сделать противоракету глобальной дальности, которая будет поражать цели в атмосфере, где лёгкие ложные цели сами себя демаскируют. Да, но проблема в том, что запускать её нужно уже после того, как стало понятно где ложные цели, а где боеголовки (во всяком случае, если их распределение по целям является полностью независимым, к чему возможно приблизиться), и ей просто не хватит время долететь до нужного района.
Проблема защищаемых объектов
2 вышеописанные проблемы ПРО усугубляются ещё и тем, что ПРО должно, помимо прочего, прикрывать именно города. А это площадные, неподвижные, очень уязвимые и очень ценные объекты.
Например, если задача стоит прикрыть от МБР надводные корабли то проблема концентрации сил МБР не была бы столь актуальна, т.к. потеря части флота не настолько неприемлема, как уничтожение части собственных городов. При этом, корабли движутся, а это значит, что и работа экзоатмосферной ПРО облегчается. Ведь замаскированные под ложные цели боеголовки, очевидно, не должны маневрировать, иначе они себя демаскируют. Ну, разве что, они могут совершить манёвр уже только после входа в атмосферу. Но тогда см. выше.
Или, если нужно обеспечить защиту собственных шахт МБР от превентивного удара, то из-за избыточности их количества, достаточно обеспечить сохранение лишь небольшой части для удара ответного. Значит, принцип концентрации опять же не играет большой роли. К тому же, можно расположить все шахты в районе, прикрытом одним зонтиком внутриатмосферной ПРО. Или, можно, наоборот их рассредоточить и обеспечить избирательную защиту экзоатмосферной ПРО только некоторых позиций (причём, каких - противнику будет неизвестно).
К тому же, шахты МБР - очень прочные объекты. Значит, можно постараться обеспечить перехват боеголовки на очень малой высоте при помощи неуправляемого оружия.
Всё это делает коэффициенты обмена при защите подобных военных целей куда более благоприятными.
Диверсификация и эшелонированность
Хотелось бы также пояснить эти 2 принципа применительно к ПРО. Первый предполагает, что с некоторых точек зрения лучше, если ПРО будет представлена несколькими независимыми системами. Хотя разработка в этом случае дороже, но во-первых, разные системы могут быть более эффективны в зависимости от разных сценариев атак противника. Во-вторых, поскольку полноразмерное испытание ПРО, как системы по атражению массированной атаки затруднительно, всегда остаётся некоторая область незнания и риска относительно реального боевого применения, которую лучше снизить "не кладя все яйца в одну корзину".
Второй принцип утверждает, что 2-й эшелон ПРО должен перехватывать те боеголовки, которые прорвались через 1-й эшелон (и так далее).
Преимущество здесь в следующем. Пусть у вас есть противоракеты с вероятностью попадания 0,5. В этом случае, если вам нужно отразить 9 из 10 вражеских боеголовок, то при одноэшелонном построении, вам нужно примерно 33,3 противоракеты. Т.е. 3,33 ракеты (уж простите, что число не целое), направленные на 1 боеголовку дают вероятность поражения 0,9. Если же построение 4-х эшелонное, то 5 боеголовок уничтожаются 1-м эшелоном, 2,5 - 2-м, 1,125 - 3-м и оставшиеся 0,25 - 4-м. Т.е. нужно 10+5+2,5+0,5 = 18 противоракет.
В следующей части поговорим о путях решения проблем ПРО