В ходе Великой Отечественной войны советские летчики сотни раз применяли таранный способ, чтобы уничтожить вражеские самолеты. Первые тараны произошли еще ранним утром 22 июня 1941 года, а затем такие случаи встречались по всем фронтам в разные периоды войны. Эти подвиги прославлялись, многие их применивших таран летчиков были удостоены высоких наград, в том числе звания Героя Советского Союза. При этом с того момента, как для историков стали открываться западные источники и исследования, стало во многих случаях возможно узнать, кто же был или мог быть противником того или иного советского летчика, совершившего таран. И был ли таран вообще. Однако при исследовании документов сторон до сих пор встречаются случаи, которые ранее были неизвестны. В этой работе мы разберем случаи таранов – известных и нет – на так называемом Миус-фронте – участке вдоль реки Миус на Донбассе, на котором с февраля по август 1943 года противостояли друг другу 6-я немецкая армия и войска советского Южного фронта.
В советской историографии известны пять случаев таранов в полосе Южного фронта на Донбассе с апреля по август 1943 года. Один из них стал широко известен, потому что случай произошел с будущим дважды Героем Советского Союза Лавриненковым, который эти события описал в своих мемуарах. Четыре других случая остались в тени, однако о двух из них писали после войны сослуживцы тех, летчиков которые эти тараны совершили. Однако были ли все эти тараны на самом деле? И было ли их действительно всего пять? Ставшие доступными в последние десятилетия немецкие данные позволяют взглянуть на случаи таранов или столкновений «с той стороны» и установить истину.
Таран в период затишья
О первом таране на этом участке фронта довольно подробно писалось летом 2020 года на форуме одного из поисковых объединений. Напомним читателю этот случай и опишем события с советской и немецкой стороны. Речь шла о первых вылетах 1-й гв.шад на Миус-фронте после довольно долгого перерыва в работе дивизии после окончания Сталинградской битвы, когда в полосе Южного фронта установилось относительное затишье. Ранним утром 27 апреля шестерка Ил-2 из 74-го Гв.ШАП в сопровождении группы Як-1 от 85-го Гв.ИАП должна была нанести удар по станции Успенская. Вместо назначенной цели группа углубилась на вражескую территорию и отработала по железнодорожному эшелону на станции Войково. Эта ошибка позволила немцам засечь советское соединение и поднять звено «Мессершмиттов» из 9./JG 3.
В результате воздушных боев на свои аэродромы не вернулись штурмовики ведущего шестерки, командира эскадрильи подполковника Б.А. Пивенштейна и младшего лейтенанта И.В. Пруцкова. Группа сопровождения также лишились двух Як-1 — младший лейтенант А.Е. Паршин был сбит в бою, а младший лейтенант В.А. Ледовский пропал без вести. В конце войны выяснилось, что Ледовский попал в плен, откуда был освобожден. По немецким данным отличились опытный «эксперт» обер-лейтенант Э. Бич (Emil Bitsch) и начинающий ас обер-фельдфебель А. Зурау (Alfred Surau), которые записали на свой счет на двоих три Ил-2 и один ЛаГГ-3 — возможно, в документы закралась ошибка, и на самом деле это были по два штурмовика и истребителя, что четко соответствует советским потерям. В свою очередь летчики «Яков» заявили два сбитых Bf 109, которые не подтверждаются немецкими документами.
Однако интересный момент того боя произошел под занавес поединка. По советским данным, отбивая атаку от командира полка майора И.П. Залесского, младший лейтенант А.Е. Голюк на встречных курсах таранил одного из немцев. В статье журнала «Der Adler», вышедшей в декабре 1943 года, немецкий военный корреспондент Г. Рихтер (Heinz Richter) описал таран несколько иначе. Сбив по одному штурмовику и истребителю, обер-лейтенант Бич атаковал снизу еще один ЛаГГ-3 (в статье говорится о Як-1). Советский летчик развернулся и сделал переворот через крыло, после чего столкнулся с «Мессершмиттом» немецкого аса, при этом у Bf 109 G-4 Wnr.19340 отлетели 2/3 левого крыла...