Фильм «Копенгагена не существует» основан на воспоминаниях главного героя, Сандера, пытающегося составить картину происходящего в его жизни для отца и брата его внезапно пропавшей девушки Иды, которые допрашивают его, удерживая в заложниках в пустой квартире.
Название фильма отсылает к тому, что главные герои фильма Сандер и Ида, живут почти в полной изоляции, проводя все свободное время вдвоем в квартире. Своими действиями они громко заявляют, что враждебного внешнего мира для них не существует. Режиссер Мартин Сковбьерг всего один раз показывает зрителю Копенгаген во всей его красоте и грандиозности, когда герои гуляют под утро по городу.
В фильме идет постоянное перетягивание каната и до конца не ясно кто же из героев является жертвой, кто преследователем, а кто спасителем. Мы словно оказываемся в Треугольнике Карпмана – психологической модели созависимого взаимодействия людей. Героиня как будто добилась того, чего она хотела, нанеся глубокую душевную травму своему молодому человеку, оставив его со страшным секретом, который наверняка будет раскрыт не в его пользу. Голос Иды за кадром, комментирующий происходящее на экране как голос невидимого манипулятора, вначале придает картине некую меланхоличность, а ближе к развязке дает понять, кто же все-таки дергал за ниточки слабохарактерного главного героя, попавшегося в сети коварной, но глубоко несчастной девушки.
Фильм невероятно кинематографичен. Глубокие синие цвета и согревающие, но одновременно агрессивные красные манят зрителя. Цветовая гамма фильма и теплый свет, исходящий от настольных ламп, создает уютную камерную атмосферу, а холодный дневной свет на контрасте навевает страх и тревогу. Ида выбирает красный цвет в одежде, она знакомится с Сандером будучи в красном пальто, словно олицетворяя красный флажок и опасность, которую он не замечает. Сандер же на ее фоне теряется в спокойных голубых, бежевых и горчичных тонах, сливаясь с фоном и окружающей его природой.
Оператор Якоб Мёллер отдает предпочтение ручной камере, создавая интимный и живой портрет совместной жизни главных героев. Единственные сцены, снятые на штативе – сцены допроса Сандера отцом и братом Иды. Эти сцены происходят в настоящее время, они существуют не в воспоминаниях Сандера, поэтому зритель может доверять только им, соответственно кадры статичны, чем и отличаются от основного повествования.
Финал фильма никого не оставит равнодушным. Режиссер медленно, но верно разматывает клубок таинственной истории исчезновения Иды и показывает зрителю шокирующую развязку, которую до конца невозможно было предвидеть. Зритель знакомый со скандинавским кино находится в предвкушении чего-то неведомого и изощренного, и режиссер ничуть не разочаровывает. Повествование в фильме чем-то напоминает «Помни» Кристофера Нолана, где сцены представлены в обратном хронологическом порядке, с многочисленными флэшбеками, указывая на восприятие мира человека с потерей памяти. В «Копенгагене» история все-таки рассказана относительно хронологически, но зритель только к финалу разгадывает загадку исчезновения героини посредством хаотически представленными воспоминаниями об Иде ненадежным рассказчиком, которые в итоге закольцовываются. Временами фильм напоминает «Вечное сияние чистого разума» Мишеля Гондри где ничем не примечательный главный герой знакомится с яркой девушкой, которая переворачивает его жизнь с ног на голову. Фильм так же, как и «Копенгагена не существует» делает упор на воспоминания героя о своей возлюбленной.
«Копенгагена не существует» безусловно интригующий фильм, с сильным финалом. И хотя игра главного героя, в исполнении непрофессионального актера Йонаса Хольст Шмидта немного меркнет на фоне харизматичного Златко Бурича и яркого Вильмера Триер Бреггера фильм все же держит зрителя в напряжении из-за желания узнать правду и вывести Сандера на чистую воду. Визуальная составляющая фильма заставит зрителя закрыть глаза на то, что сюжет иногда топчется на месте.