«Серьезный фильм смотреть так же трудно, как делать его. Так что во многом я и не хотел бы, чтобы фильм смотрелся легче», — говорил Андрей Тарковский, комментируя «Солярис». Он считал, что это тяжелая работа — смотреть фильм или даже смотреть на живописное полотно, и для авторов, и для зрителей.
Как известно, у Тарковского каждая деталь имеет большой смысл. То же касается и музыкальных цитат. В фильме «Солярис» такая цитата только одна, но она становится подлинным лейтмотивом всей картины. Это Хоральная прелюдия фа-минор Иоганна Себастьяна Баха.
Бах в фильмах Тарковского звучит чаще других: в «Солярисе», «Зеркале», «Жертвоприношении». Это его любимый композитор. По свидетельству сестры режиссёра, на анкетные вопросы о пристрастиях в музыке Андрей Арсеньевич отвечал без колебаний: «Бах и еще раз Бах». Он коллекционировал записи, многие произведения знал досконально. В истории про таинственный океан Солярис литургическая органная пьеса появляется уже на титрах, затем возвращается, когда психолог Крис Кельвин, заброшенный на космическую станцию, смотрит ностальгическое видео о днях своей жизни на Земле. Еще раз она звучит, когда он и возникшая ниоткуда копия его жены Хари оказываются в состоянии левитации, паря над Землей, которую в этой сцене заменяет полотно Брейгеля — долина под снегом с охотниками и катком на пруду… Ближе к концу, когда жена-двойник, как и реальная Хари, уйдет в мир иной и Кельвин почувствует себя опустошённым, коллега Снаут скажет ему: «По-моему тебе пора возвращаться на Землю». — «Ты думаешь?» — отзовется Кельвин-Банионис, и снова последуют звуки баховского органа. Во всех этих эпизодах прелюдия Баха — это образ Земли, утраченного первозданного мира. Но не с обыденными страстями, а увиденный как бы сверху, глазами Бога.
«В определённом смысле, — говорил Тарковский, — нам хотелось не столько посмотреть на космос, сколько из космоса на Землю. То есть, преодолев какой-то новый рубеж, взглянуть опять на самое начало — в духовном и нравственном аспекте». Другими словами, Бах здесь — это напоминание о том, что человек должен быть человеком, сохранять чувство собственного достоинства и не отказываться от самых простых человеческих «вещей»: от любви, от деревьев, от воды… то есть — от той Земли, которую мы обязаны нести в себе всегда. Поэтому в конце баховская молитва сопровождает сцену, рассказывающую притчу о блудном сыне и его возвращении домой.
Солярис, Андрей Тарковский, 1972 г.