2. Люди у истоков рунологии
Поговорим о людях, кто когда-либо стояли у истоков рунологии, и оставили нам труды (из числа тех, что дожили до наших дней в том или ином виде) где есть описания рун, и обоснование что это и как с ними работать. Можно, конечно, начать с очень древних времен и упомянуть любимого многими рунологами Тацита с его трудом «О Германии», но лучше отошлю читателя к статье, что полностью посвящена ему. И тому факту «почему он не писал про руны, хотя многие считают, что упоминал их». Не будем тут рассказывать и о полулегендарном священнике-колдуне 11-12 веков Сэмунде Мудром, который возможно руны знал и даже пользовался (раз ему вменяли связь с «дьяволом»). Ему, конечно, приписывают собирание различных песен о языческих богах своего народа. Но именно собирание, а не авторство, и именно приписывают. По той же причине "пройдем мимо" личности Снорри Стурлусона, автора околоисторического труда "Круг Земной", и гипотетического автора т.н. "Прозаической Эдды".
А начнем мы с 16 века, эпохи, когда утерянный 300 лет назад научный интерес к рунам начал возрождаться.
Иоханнес Магнус
Юхан Монссон, известный как Иоханнес Магнус (годы жизни 1488-1544).
Католический архиепископ Упсальский и примас Швеции, богослов, королевский историк и составитель генеалогий.
Некоторые исследователи считают точкой рождения рунологии, какой мы её знаем сейчас, вторую половину 16го века. И первое упоминание о них (помимо перечисленных нами источников) связано как раз с именем Иоханнеса Магнуса. В 1554 году он приводит «готский алфавит», как он назвал руны, в своей книге «Gothorum Sveonumque Historia» («Истории готов и свевов»). Но на самом деле эти руны, не имели отношения к историческим готам, чьи руны находят на артефактах от Крыма до Адриатики. Но являлись вариантом норвежского футарка, использующимся даже ещё при жизни Магнуса на острове Готланд.
Как к таковой рунологии (какой мы её знаем и хотим знать) Магнус отношения не имеет, да и историком он был (по оценкам поздних исследователей) меньше, чем фантазером. С другой стороны, все ошибки, которые ему вменяют, он приводит в своих трудах исключительно потому, что сам доверился авторитетам Тацита и Иордана. Однако именно благодаря его интересу к прошлому своего народа мы имеем на сегодня хоть какую-то базу для изучения рун. Поскольку с его подачи его брат Олаф Магнус (имеющий собственную типографию в Риме) печатает и её и более подробный труд «Истории северных народов», где впервые эти алфавиты были приведены полностью (и даны в печати фонетические значения).
(продолжение следует)