В самом деле – зачем? Нет, сам Шольц уже объяснил: для выработки условий справедливого мира, подразумевающего, в его понимании, вывод российский войск с Украины. Разумеется, цель у канцлера другая – в рамках упомянутой вряд ли он примется крутить диск телефона, набирая Москву – и она, с моей точки зрения, обусловлена интересами немецкого бизнеса, отнюдь не жалеющего терять российский рынок – как, впрочем, и французы.
Так что ждем в ближайшее время схожего заявления и от Макрона. Я, признаться, вообще ожидал подобной инициативы по возобновлению переговоров именно с его стороны. В особенности после возвращения нынешнего хозяина Елисейского дворца из Китая и его громкого заявления о неприятии Пятой республикой характера выстраивания отношений с Соединенными Штатами на принципах вассалитета.
Кстати, если возвращаться к Шольцу, то побуждением к попытке возобновить диалог с Путиным могли стать и неудачи ВСУ на Южно-Донецком направлении и бесперспективность, с точки зрения немецких военных, дальнейших атак на позиции российских войск. Да и подбитые «Леопарды» не прибавляют их создателям дивидендов.
Вот только ли – возвращаюсь к заглавию – захочет ли Путин общаться с Шольцем, в особенности как тот повел себя в истории с терактом против Северного потока. Но если Президент согласится – то н каких условиях?
Игорь Ходаков
Еслиc Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал.