Андропов – личность, которая вызывала и вызывает множество споров: одни видели в его реформах и политике безусловное начало развала СССР, другие полагали, что заданный им курс – единственно оптимальный путь вывода страны из кризиса.
Всего 15 месяцев было отведено Андропову на управление страной. Срок неоправданно малый для того, чтобы перетряхнуть затхлые «сундуки» с брежневским старьём, оставленным в наследство новому лидеру, и дать новую жизнь тому, что залежалось и стало никому не нужным.
Ценитель Декарта и Гегеля, достаточно образованный человек, особенно на фоне всех прежних представителей власти, рьяно взялся за дело. Он прекрасно понимал, что возраст и серьёзное заболевание не позволят ему с «чувством, толком и расстановкой» начать задуманное – времени мало. Однако он верил, что хотя бы пара лет у него в запасе будет. Судьба расщедрилась лишь на год с небольшим.
Мысли о реформировании СССР зародились в голове Андропова ещё во время его пребывания на посту секретаря ЦК в 1965 году, но его идеи, изложенные Брежневу, проигнорировали и ухватились за предложения Косыгина. Чтобы Андропов не мешал своему коллеге «по аппарату», его поставили на руководящую должность в КГБ.
Надо сказать, что Андропову удалось усилить Комитет настолько, что без его участия не принималось ни одно серьезное решение, а его представители контролировали все сферы общественной жизни.
Оказавшись у руля, Андропов тут же приступил к реализации своей давней мечты – навести порядок в «хозяйстве» страны, устранить тянущую ко дну систему кумовства в управленческой верхушке.
За короткий срок Андропову удалось немало: укрепить трудовую дисциплину, очистить государственный аппарат от коррупционеров и «круговой поруки», раскрутить «рыбное» и «хлопковое» дела, дать толчок к развитию частного сектора экономики и кооперативов. Оставляя экономику плановой, ему удалось увеличить ВВП страны и вывести ее на принципиально новый уровень.
Кроме всего прочего, Андропов планировал заменить республики, входящие в состав СССР, штатами, сделав акцент не на национальных, а на экономических интересах.
Андропов яростно боролся с идеями национализма, считая его чуть ли не первопричиной возможного развала страны. За это заслужил прозвище «ярого русофоба». «Русскую партию» Андропов считал угрозой коммунистической партии, а потому большое влияние уделял борьбе с её представителями и культовыми местами национализма.
Так, например, в 1975 году им была подана записка в Центральный комитет партии с запросом на снос особняка Ипатьева в Свердловске (место, где была расстреляна царская семья). Безжалостно боролся с «русистами», занимающими высокие должности в издательствах и журналах, обвиняя их в том, что те под видом укрепления националистических идей ведут антисоветскую деятельность. Устраняя национализм, как он полагал, он пытался уберечь СССР от сепаратизма и развала.
Достаточно жесткую позицию он занимал и во внешней политике. На попытки США разместить в Европе свои ракеты Андропов пригрозил адекватным ответом со стороны СССР.
Немалая заслуга Андропова и в урегулировании взаимоотношений с Китаем, что позволило значительно повысить товарооборот и создать новый антиамериканский союз.
Жизнь Андропова оборвалась в самый разгар задуманных им реформ. По официальной версии, причиной смерти стала продолжительная болезнь (осложнения на фоне почечной недостаточности и подагры). Но, как и сама личность Андропова, версия его смерти также вызывает много споров.
Ряд историков полагает, что ускорило конец генсека покушение на него жены отставного министра МВД (Щёлокова), не сумевшей простить Андропову сломанную карьеру и жизнь супруга.
Ничтожно малое время, отведённое на попытки «реанимировать» державу, не позволяют адекватно оценить действия Андропова как управленца и их последующее влияние на судьбу СССР. Но его стоит уважать хотя бы за попытку вывести страну из застоя.