- Вы зачем здесь? Как нашли? – Галатея Витольдовна первая пришла в себя и подошла к мужчинам. – Погибнуть хотите?!
- Что здесь происходит? Почему Инга призывала меня? – Лавр повел носом, принюхиваясь. – Где она? Я не чувствую ее.
- Ее увели упыри, - ответила ведьма. – Поэтому она и призывала тебя. Помощь была нужна. Только теперь-то что…
- Как увели? – оборотень тяжело задышал, приходя в волнение. – Почему же вы позволили?! Что вы вообще делаете в этом месте?!
- А что мы могли поделать? Или сам не знаешь, что эти нежити обладают невероятной силой? – Галатея Витольдовна нервно отвернулась от мужчин. – Зря вы пришли, еще больше трупов будет.
- С нами пришли волки, мы не одни, - сказал Кирилл и, держа Лавра под руку, повел его к стулу. – Еще поборемся.
Олеся сидела, ни жива, ни мертва. Она до сих пор не могла произнести даже слова. Кирилл мимолетом улыбнулся ей, но не подошел ближе и не заговорил, словно чувствовал себя неловко под ее взглядом.
- Может, пришла пора по-настоящему расплатиться за зло, совершенное нами? – тихо произнесла тетя Клава. – Вот свои грехи и сделаем чуть полегче. Давят ведь, спать не дают.
- Ты это о чем? – Галатея Витольдовна пристально посмотрела на нее. – Как ты расплатиться хочешь?
- Пойдемте-ка, поговорим, - тетя Катя взглянула на стариков, а потом повернулась к Олесе. – Ты не ходи с нами. Здесь будь. Ты никому ничего не должна.
- Не вздумайте идти куда-то, - предупредила оборотней Галатея Витольдовна. – С Ингой ничего не случится. Они ее не убивать повели, а нам нужно план придумать. Вернемся, поговорим.
Старики вошли в другую комнату и, закрыв дверь, тетя Клава сказала:
- Сейчас я предложу нечто такое, что может вам не понравится. Но выбор за вами. Я свой уже сделала. И пусть он нелегкий, но странным образом на душе стало спокойнее.
- Да говори ты уже! – ведьма недовольно поджала губы. – Хватит проповеди читать.
- Значит так. Знаю я один древний ритуал, которым пользовались деревенские колдуны еще в старые времена. С его помощью возвращали утерянное зрение, - начала говорить старушка. – Вот только для того, чтобы слепой прозрел, кому-то нужно было пожертвовать своим глазом. Часто это были родители, если их чадо ослепло по какой-то причине. Отец и мать отдавали по глазу своей кровиночке.
- Ты хочешь, чтобы двое из нас пожертвовали зрением, чтобы Лавр прозрел? – уточнила тетя Рая, а дядя Вася сразу сказал:
- Мой бери. Я и с одним остаток жизни проживу. Что тут осталось!
- Не двое, - тетя Катя улыбнулась старику. – Спасибо тебе, Вася. Только у оборотня совершенно другое зрение. Оно намного превосходит человеческое, поэтому двух глаз не хватит. Нам всем нужно отдать глаз.
- Если надо, значит, так тому и быть, - следом за дядей Васей произнес дядя Леша. – Для хорошего ведь дела.
- Отдам, - всхлипнула тетя Рая и ее правый глаз дернулся. – Может и правда та том свете зачтется.
- Галатея? – тетя Клава повернулась к ведьме. – Ты чего молчишь?
- А что я? Я сюда шла уже готовая на все. Забирай, я и одним глазом сглазить могу, - хохотнула Галатея Витольдовна и остальные засмеялись следом за ней. – Ты знаешь этот ритуал?
- Знаю. Меня бабка научила. Наверное, я единственная осталась, кто его знает, - ответила старушка. – Пошли, времени мало.
Старики вышли из комнаты, и тетя Катя приблизилась к Лавру. Она взяла его за руку, похлопала маленькой ладошкой по плечу и сказала:
- Ну что, готов зрение вернуть?
- Что? – оборотень нахмурился. – Как это вернуть?
- Вы серьезно? – Кирилл резко поднялся со стула.
- Серьезно. Вот только жаль, что тебе руку вернуть мы не можем, - тяжело вздохнула старушка. – Колдовство тоже не всесильно.
- Это ерунда! Со мной все в порядке! – горячо заговорил Кирилл. – Если вы вернете Лавру зрение, мы будем вам до конца своих дней благодарны!
- Эх, сынок… нам за счастье поделиться. Главное, чтобы все получилось, - тетя Клава обратилась к старикам: - Слушайте внимательно. Сейчас каждый идет к печи и, засунув голову в горнило, мажет золой глаз, который готов отдать. Потом подходите к Лавру и мажете золой его глаза. Я в это время буду произносить заклинание.
- Ну, пошла я, - первой решилась тетя Рая. – Хоть в чем-то буду впереди всех!
Вскоре все старики выполнили то, что им приказала тетя Катя и старушка была последней. Она нанесла золу на глаза Лавра и зашептала:
- Слепота, слепота, уходи от Лавра на траву-мураву, на ветку лесную, на белый камень! На печную золу, на доску в полу, на дубовую кору! Мои глаза в покое оставь! На те глаза, где зола накинься, как собака голодная набросься, сожри их! Вижу далеко и близко! Высоко да низко! Да будет так! Коробея моя, головушка, язык мой – замок мой, а ключа никому не видать. Все мои слова за губы, все мои слова за зубы, на замок, крепкий да железный, на ключ, а ключ выброшен, никому не отыскать!
Олеся с ужасом увидела, как у стариков один глаз покрывается плотным бельмом, будто пленкой. Тем временем Лавр схватился за глаза и закричал. Похоже, он испытывал ужасную боль.
- Что с ним?! – Кирилл бросился к брату. – Что вы сделали?!
- Все хорошо. Так и должно быть, - успокоила его тетя Клава. – Сейчас все пройдет.
Лавр через минуту затих, а потом убрал руки. Старики ахнули, а Кирилл даже расплакался, глядя на брата.
- Скажи, ты видишь?! Видишь?!
- Черт, я вижу! – закричал оборотень, поднимаясь на ноги. – Я вижу!
Его глаза были чистыми и ясными, словно и не было той ужасной слепоты. Шрам остался, но он пробегал по векам тонкой полосой. Колдовство сработало.
* * *
- Посмотри, кого я привел. – Малахий легонько подтолкнул меня к Зосиме, который сидел за столом, в окружении женщин. Они прятали взгляды, но я видела в них ненависть. Эти добровольные рабыни не хотели делить со мной своих хозяев.
- Какая приятная неожиданность… - молодой человек поднялся и подошел ко мне. – Сегодня чудесный день…
Неожиданность… как же.
Я испытывала такой страх, что его трудно было описать словами. Мне казалось, что я умерла внутри, превратилась в камень.
Зосима наклонился ко мне и прикоснулся к моим губам легким поцелуем. От этого холодного прикосновения я испытала лишь отвращение, было страшно представить, что меня ждет дальше.
- Она вся дрожит… Она напугана… - Зосима погладил меня по спине. – И напряжена.
- Ничего, скоро все пройдет, - усмехнулся Малахий. – Когда из ее крови выветрится зелье старой ведьмы, Инга станет куда более приветливой. Я внушу ей, как нужно вести себя со своим господином.
Я молчала, не в силах принять происходящее. Но это был мой выбор, поэтому нужно терпеть.
- Проведите женщину в наши покои, - обратился к своим рабыням Малахий. – С этого дня она будет жить там.
Две девушки подошли ко мне, давая понять, чтобы я шла за ними. Но когда мы оказались на улице, одна из них сказала:
- Не думай, что тебя здесь ждет райская жизнь. Мы все постараемся избавиться от тебя как можно скорее.
- Она считает себя лучше нас, - раздраженно произнесла вторая девушка. – Принцесса крови.
Я молчала. Видимо молчание теперь станет моим постоянным спутником.