Когда Вероника начала ходить в садик обстановка в семье немного разрядилась. Пусть и не долгое время, но была тишина. Возвращаясь домой Вероника как-будто начинала мстить за то, что её отправляли в садик.
Она носилась, как угорелая, из комнаты в комнату, брала вещи из одной комнаты, переносила в другую, бросала, потом неслась снова за новой вещью. Ребенок не успокаивался, пока не наваливал ворох всего. Она не использовала эти вещи, ей (как я позже поняла) хотелось воссоздать атмосферу прошлого дома. Чем сильнее она осваивалась, тем явственнее проявлялись её обиды.
Эти обиды она направляла не на мать, что так жестоко с ней поступала, а на меня и на всю окружающую её семью. Какой-то раз она даже высказалась, что я чуть ли не похитила её у матери, если бы я не пришла, то её точно забрала мама.
Психологи говорят, что детям нельзя говорить про то, какая у детей была настоящая мать, про неё нужно говорить только хорошее, иначе психика ребенка ломается и он будет не гармоничным.
Возможно это и так, лично я не знаю. Я ломала психику ребенка самым нещадным образом: я говорила правду.
- Вероника, твоя мама к тебе в детдом хоть раз пришла?
- ...., - ребенок начинал куксится и немного хныкать, но молчал.
- А я к тебе приходила?
- да.
- Мама тебя забрала?
- .....
- Не молчи, забрала? Скажи просто "да или нет"
- Нет, - начинался рыдать в голос
- А я тебя забрала?
- да, - начиналась истерика
- Вероника, не придумывай про маму неправду, теперь я твоя мама, даже если ты этого не хочешь. Именно я забрала тебя, именно я ездила к тебе. Ты только мне нужна, больше никому. Никто не приехал и не забрал тебя. Ты понимаешь?
- Мама меня заберет, - сквозь слезы говорил ребенок, это был её самый мощный аргумент.
- Вероника, ты моя дочь и больше ничья. Ты хочешь вернуться в то место, где жила? Ты хочешь жить опять с отцом?
Отцом она называла сожителя матери и био-родителя Евы.
- Нет, я буду жить с мамой.
- Хорошо, но мама твоя не выберет тебя, она уже не раз так делала. Твой дом здесь, ты можешь уйти, но только в детдом, и только одна. Никакая мама тебя не найдет, она даже не знает в каком городе ты живешь сейчас. Может ты еще подумаешь и решишь пожить со мной?
- да.
Потом мы обнимались, она долго поливала мою рубашку слезами, а я просто молча гладила её по спине. Когда последняя слезинка вытекала из глаз, она немного еще стояла обнявшись, потом бежала играть.
Мне кажется, нет, я хочу в это верить и даже уверенна, в такие дни пусть и немного, но ребенок отпускал своё прошлое. Отпустив прошлое, выбросив лишний груз проще и спокойнее принимать что-то новое.