Рубрика "Заметки из жизни"
Свою жену я очень люблю, и мы с ней, определенно, родственные души. Мы постоянно заканчиваем друг за другом фразы, молча мечтаем об одном и том же блюде на ужин и чувствуем тревогу друг за друга на расстоянии. Но, несмотря на это, у нас часто случается дисконнект. Мы можем потерять друг друга в радиусе пяти метров, и это — систематическая особенность нашего брака. Настя — та еще сорока или невинная детская душа, которая отвлекается на блестящее, громкое, яркое, ароматное. Она как моя зарплата в день оплаты коммунальных платежей: вжу-у-ух — и след простыл. Никакие шпионы, ниндзя, спецназ и прочие джеймсы бонды ей в подметки не годятся.
— Собери, пожалуйста, в пакет, а я пока оплачу.
Сколько раз я произносил эту фразу на кассе в абсолютную пустоту! Через десять минут нервных пеших прогулок с пакетами в руках туда-сюда и сто сорок звонков на телефон (который всегда на беззвучном режиме) я нахожу Настю у себя за спиной — словно ничего не произошло и она никуда не пропадала.
Дальше диалог всегда примерно одинаковый:
— Я была в туалете (в аптеке, в книжном отделе, смотрела на животных в зоомагазине, вышла подышать в магазин косметики).
— Почему не предупредила?
— Я же говорила.
Моя жена освоила частоты, на которых общаются киты — другого объяснения у меня нет. Я никогда не слышу то, о чем она меня предупреждала.
Я рассказал бессчетное количество анекдотов совершенно незнакомым людям, думая, что супруга идёт рядом со мной, когда на самом деле она остановилась еще сто метров назад у витрины с тарелками/кольцами/сланцами/рекламным стендом оконного завода.
Совсем недавно я наткнулся на точно такую же жертву «брака со шпионом», и мы с бедной девушкой, сами того не зная, разыграли семейную сценку возле вокзального туалета.
Я, как обычно, был уверен, что иду рядом с супругой. Одни глазом кошу в телефон, обсуждая в мессенджере обложку с издателем, другим — наблюдаю за передвижением моей суженой.
Тут она останавливается и начинает что-то усердно оттирать на своих кроссовках.
— Что такое? — спрашиваю заботливо, не отрывая взгляда от телефона.
— Да вляпалась во что-то. У тебя салфетка есть?
— Да, в рюкзаке.
Снимаю рюкзак, достаю влажные салфетки (все это — не поворачивая головы), протягиваю жене.
— Это же автомобильные.
— Да какая разница.
Дальше — какое-то короткое замешательство и это совершенно незнакомое мне иноземное: «Ай».
Моя Настя четко, искренне и почему-то всегда испуганно произносит: «Ой». У меня обычно от этого «ой» всегда все холодеет внутри.
Поворачиваю голову, а рядом со мной стоит какая-то девушка с моей салфеткой в руках и взглядом пытается превратить меня в своего мужа, но я не превращаюсь. Тогда она отворачивается и быстро исчезает за дверью женского туалета.
Свою жену я позже нашел возле стойки с сувенирами, и она, естественно, меня «предупреждала». Возможно, вы скажете, что я сам виноват, раз так много уделяю времени своему телефону, что даже не замечаю пропажу жены. И будете абсолютно правы.
На самом деле, я сейчас зря наговариваю на неё. Если открыть словарь антонимов и найти в нём слово «внимательность», то напротив наверняка будет мое имя.
Вот буквально вчера мы вместе вышли из магазина и пошли в совершенно разные стороны, так как я решил проверить чек и утонул в страшных цифрах с головой. Причем, жена сразу поняла, что происходит, и развернулась, но решила не окликать меня, а идти на расстоянии, чтобы посмотреть, через сколько метров я опомнюсь.
В итоге очнулся я только у подъезда. Поругались. Посмеялись. Договорились, что внимательность друг к другу будет теперь на первом месте.
Но это всё шаткая конструкция. Однажды мы разлетимся на разных самолетах в разные точки мира, хотя изначально билеты будут куплены на поезд. Между нами будут океаны и непроходимые джунгли, но мы все равно найдемся очень быстро, потому что один из нас непременно должен будет высказать вечно исчезающей без предупреждения половине все свои претензии.
Александр Райн