А вы знали, что Толкин буквально воевал против Гитлера? Они оба участвовали по разные стороны баррикад в битве на Сомме во время Первой мировой войны. Вообще, Первая мировая прочертила между этими двумя людьми несколько весьма интересных параллелей.
Первая заключается в том, что служить в армии оба изначально не очень-то и хотели. Вот только по очень разным причинам. Толкин пропустил первый год участия Англии в войне потому что сначала хотел закончить обучение, и для этого записался в Корпус военной подготовки, позволявший ему отсрочить призыв, а вот Гитлер - просто бегал от призыва. Сам он позже писал, что не хотел служить в австрийских войсках вместе с со всякими там чехами, евреями и прочими. Так это или нет, но Гитлер сбежал в Германию, где записался человеком без подданства. Впрочем, там его разыскали, но признали негодным к службе по состоянию здоровья. Но депортировать назад в Австрию просто забыли. В итоге он всё-таки добровольно пошёл на фронт, написав заявление на службу в войсках Баварии.
Гитлер начал службу рядовым в 1914, но вскоре дослужился до ефрейтора и занял должность посыльного. К 1916 году он уже прошёл битву на Ипре и нескольких других сражениях и успел получить "Железный крест" второй степени за храбрость.
Толкин же, благодаря полученному образованию, попал на фронт в должности лейтенанта связи, и сразу угодил в самое пекло - в этом же 1916 году разразилась Битва на Сомме, самое кровопролитное сражение Первой мировой.
Окончания битвы на Сомме оба не увидели. Толкин слёг с "траншейной лихорадкой" и вскоре был демобилизован, а Гитлер был ранен в левое бедро разорвавшимся снарядом.
По свидетельствам очевидцев Гитлер умолял не эвакуировать его, и, едва залечив рану и получив разрешение, снова вернулся в строй, успев повоевать ещё полтора года и встретив поражение Германии в госпитале после британской газовой атаки. По отзывам сослуживцев, Гитлер был хорошим боевым товарищем и храбрым солдатом. Подписание мира он воспринял как личное оскорбление, и только укрепился в желании сделать Германию великой.
Воспоминания сослуживцев Толкина о нём не сохранились, но его собственные вынесенные уроки мы можем узнать в его письмах и текстах, и они диаметрально противоположны. Гитлер только укрепился в своей ненависти к другим нациям (несмотря на то, что, например, ко второму Железному кресту, на этот раз уже первой степени, его представил еврей Хуго Гутман), Толкин же навсегда вынес бесконечное уважение к "малым людям, которые вращают колёса мира" в лице своих денщиков, обычных солдат, которые заменили молодому неопытному офицеру отца. И даже признавался, что школа жизни, пройденная в армии, помогла ему гораздо больше, чем обучение в Оксфорде, научив общаться с самыми разными людьми. И если Гитлер рвался в бой до конца войны, то Толкин отхватил серьёзное посттравматическое расстройство. Его отзвуки можно заметить даже во "Властелине Колец", который будет написан более чем тридцать лет спустя, где после окончания первой книги сюжет разделяется на две ветки - в одной есть эпические сражения, возвращение истинного короля, эльфы и орки, волшебники, ожившие деревья и прочая мифология, а в другой нет ничего, только два солдата, офицер и его верный денщик, бредут по распаханной войной земле, и нет у них ни подвигов, ни эпичности, ни надежды на спасение.
Когда Гитлер пришёл к власти, Толкин его, мягко говоря, невзлюбил - несмотря на искреннюю любовь к своей родной Англии, национализм как идея был ему противен до чёртиков, а наложилось на это ещё и то, что Толкин видел, как любимая им нордическая культура по прихоти "жалкого и ничтожного Адольфа Гитлера", как он называл его в письме сыну, превращается непонятно во что.
Знал ли сам Гитлер про Толкина - неизвестно, но, как минимум, нацисты планировали перевести на немецкий "Хоббита" и через издательство спросили - а нет ли в Толкине арийских кровей. Толкина такой вопрос возмутил до глубины души, и в ответ он написал письмо, в котором ехидно ответил, что, мол, я не совсем понимаю, что вы имеете в виду под словом "арийский", но арийцев, то бишь, индоиранцев, у меня в роду точно нет, и никто из моих предков ни на хинди, ни на цыганском, ни на персидском не говорил. А ещё вы не спрашивали, но так, к слову - к сожалению, избранного народа евреев среди них тоже не водится, и я просто англичанин. Поостыв, он, правда, написал и второй вариант письма, гораздо более спокойный. Оба варианта он отправил издателю, сказав, что он вообще предпочёл бы отказаться от издания книги раз такое дело, и чтобы тот сам выбрал, какой вариант отправить в ответ. Издатель отправил вежливый отказ, а изначальное письмо осталось в архивах и позже было опубликовано в "Письмах Дж.Р.Р. Толкина". В итоге перевод "Хоббита" на немецкий вышел гораздо позже, чем в среднем по Европе - аж в 1957 году.