Пол был отполирован так, что превращался в зеркало. Даже из-под опухших век Питер видел в его отражении каким красавчиком стал за считанные минуты, руки двух амбалов, тащивших его мордой вниз из хозяйской гостиной, словно вытирая его костюмом несуществующую пыль, и свет от хрустальной люстры. От света было больнее всего.
Всеми внутренностями он пересчитал пороги, отделяющие гостиную от тоже хозяйского аквариума. Из приятного – там были еще и ступеньки. Массаж пробирал до позвоночника и отдавался в голове мучительным звоном. Когда его перестали волочь – Питер попытался вдохнуть, а потом и сплюнуть лишний зуб.
- Располагайтесь.
Питеру дали свободу и он ей воспользовался, рухнув на пол и скрючившись в удобной позе. Эхо снова разнеслось по помещению.
- Не могу вам предложить воды, слишком много гостей было на днях, осушили все запасы.
Питер напряг слух. Голос был синтезирован. Женский, приятный, искусственный.
- Лежите, лежите, сейчас что-нибудь придумаем. Но у меня, простите, обед.