⏳ 5 мин (примерное время чтения)
Я работала сиделкой у одной женщины, Валентины. Была она совершенно одинокой, а было ей всего-то 55 лет. Но болезни так ее измучили, что выглядела она на все 70. Болезней у нее был целый букет - диабет, из-за которого ей ампутировали обе ноги, артрит, гипертония, а недавно нашли ещё и рак мозга.
Я никогда не спрашивала Валентину, почему она совсем одна. Судя по фото на стенах, у нее были когда-то и родители, муж и трое детей. А сейчас она живёт одна в трёхкомнатной огромной квартире. Да и она сама особо не говорила о своей жизни, но вот в последний свой день, она видимо почувствовала это и решила исповедоваться, при чем не священнику, а мне. Я не знаю, как служители церкви выносят то, что им рассказывают люди, ведь это так страшно...
Валентина схватила меня за руку и прошептала: "Выслушай мой рассказ, пожалуйста. Я ведь никогда не верила в Бога, но прожив свою жизнь, поняла, что Он есть! Мне бы в церковь, перед иконами на коленях стоять, но я знаю точно, что меня оттуда выгонят, нет мне прощения! Вот Господь и наказал меня моими болезнями. Недолго мне совсем осталось, хочу душу напоследок облегчить, может у тебя потом получится вымолить у Бога мне прощение.
В девяностые работала я в детском доме воспитателем. Был у меня тогда муж алкоголик, двое детей на руках, да родители пенсионеры. В стране тоже разруха. Денег не было совсем. Воровала продукты из детского дома, чтобы своих хоть прокормить. Не знала уже, что и делать.
Вызвала меня к себе как-то заведующая, немного помчалась и в лоб говорит: "Хочешь хорошо заработать?" Я конечно же кивнула в ответ. Суть заработка заключалась в том, что пришли к заведующей серьезные дядьки, предложили огромные деньги за поставку детей от 6 и до 16 лет. Нужно им выдавать девочку или мальчика по одному разу в месяц, а иногда и чаще. А наша работа заключается в том, что нужно все организовать так, будто дети сами сбегали, умирали или их украли НЛО, этих дядек не волновало, главное чтобы все было так, что никто бы не придрался. Тут было все просто, ведь дети у нас часто сбегали. Ну а если когда-нибудь правда всплывёт, то мы с заведующей никогда со дна реки не всплыли бы.
Я сначала и не поняла, зачем взрослым дядям дети. А потом к нам приехал один из них, с жирным противным мужиком, которым сальным и жадным взглядом рассматривал мальчиков, то я все поняла. Но у меня даже не екнуло ничего, я считала, что поступаю правильно, ведь,знаешь, детдомовские взрослеют намного быстрее. А тут может под присмотром богатых дядек и в люди смогут выйти, а не снаркоманяться в подвалах. Тем более за этих детей действительно платили баснословные деньги. Мы с заведующей их делили между собой и придумывали, как оформить бумаги на пропавших детей. Но тогда было такое время, что всем было плевать, к нам ни разу ни одна проверка не приехала.
Чтобы объяснить родным, откуда у меня появились деньги, я наврала о спонсоре, который появился в детском доме. Тогда, бандиты, которые собирались в чиновники идти, часто благотворительностью занимались. Чуть позже я купила квартиру, мы всей семьёй переехали в трешку. Все было просто идеально, муж даже пить бросил, дети сыты, одеты. Родители не голодали. А на моем счету лежали деньги.
Позже стало все налаживаться, дядьки к нам больше не приезжали, детей никто не забирал. Приюты стали выглядеть как пансионаты. Я устроилась на другую работу. Забеременела в третий раз. И как-то ещё с животом гуляла я по городу. И неожиданно подлетает ко мне молоденькая девица, лицо пропитое, грязные волосы, перегаром несёт за километр, дикий взгляд. Как заорёт на меня: "Чё, тварь, не узнала?! А я тебя сразу узнала! Я давно нашу встречу представляла! Ты хоть знаешь что они со мной творили?! Ты хоть понимаешь, что такое, когда 20 мужиков одну девчонку? Да чтоб тебе тварь и твоим выродкам через такое же пройти!" Я со страхом узнала в этой девице Лизу, она "пропала" из детского дома в 11 лет. Я сразу же попыталась сбежать от нее.
Через пару лет с младшим и средним сыновьями мы пошли в магазин, пока ходили начался ураган. Я схватила младшего на руки, а средний Сережа побежал вперёд нас. До дома мы не дошли буквально пары метров, как на Серёжу упал тополь. Я пыталась поднять дерево, но у меня ничего не вышло, да и Серёже ничего бы не помогло, дерево пробило ему голову. Затем смерть пришла за старшим сыном, когда ему было 17.
Его на моих глазах сбила машина. Такого удара не выдержал мой муж, он застрелился у нас в гараже. А младший сынок умер в 6 лет. Шарфом зацепился за забор и задохнулся, вот глупая смерть! Тут у моей мамы случился инфаркт - не выдержало сердце смерти третьего внука. Следом за ней ушел и отец.
Осталась я совсем одна в огромной трешке. Ревела белугой, пила по-черному. Попала в больницу с печенью, еле откачали. Дальше болячки посыпались со всех сторон. И в итоге совсем слегла. Я даже свести счёты с жизнью не могу. Вот только и могу нанять человека, чтобы ухаживал за мной, денег много скопила."
Потом Валентина уснула, а мне стало не по себе от того, какими деньгами я получаю свою зарплату. Мне хотелось убежать от нее подальше, вернуть все, что заработала. Всю ночь не спала, переживала. А на утро решила, что больше за Валентиной смотреть не буду, позвоню одной знакомой, чтобы меня сменила и уйду.
Но моя подопечная умерла. Но а я так и не поняла, она серьезно раскаялась или нет. Правда ли она сожалела о содеянном. Поняла ли, сколько жизней поломала своей жадностью. Но не мне ее судить,просто помолюсь за нее, чтобы простил ее Господь. Но я уверена, что те дети никогда ее не простят, если, конечно они остались живы.