Помните пушкинское Лукоморье – край света, где бродят лешие и отдыхают на ветвях русалки? А какое, по вашему мнению, излюбленное дерево русалки? Держу пари, что многие ответили бы: дуб или плакучая ива.
И все бы дружно ошиблись. Русалочья любовь к дубу навеяна завораживающим вступлением к поэме «Руслан и Людмила», а к плакучей иве – ассоциацией этого дерева с рекой.
Как правило, произрастают ивы по берегам водоёмов, а русалки, без сомнений, - их «коренные» жители.
Выходит, ошибся Александр Сергеевич? Скорее, умело вписал славянский фольклор в полюбившийся образ. Бытует легенда, что в усадьбе одного знатного помещика рос вековой дуб. Однажды в него угодил разряд молнии и рассёк дуб надвое.
Чтобы не уничтожать могучую красоту, помещик приказал обвязать ствол дуба цепями, соединив воедино то, что разделила молния.
Пушкин, увидев исполина, закованного в цепи, не смог пройти мимо этого образа, запечатлев его в своей сказочной поэме.
Однако, если изучить славянские поверья и работы исследователей славянского эпоса, то можно сделать вывод, что русалки вполне себе вольготно чувствовали себя и в кудрявых ветвях дубов.
Выбирали они это дерево на Русальной неделе, которая начиналась с Троицы. В это время русалки выходили из воды и на некоторое время превращались в сухопутных существ. Располагаться на ветвях дуба вынуждал аншлаг – когда все ветви любимых деревьев были заняты.
Кстати сказать, у славян русалки выглядели совершенно иначе, нежели мы их себе представляем. Никакого хвоста у славянских русалок не было – этот атрибут им был подарен западной культурой.
Носили они длинные белые рубахи. Белый цвет считался цветом скорби у славян, а русалкой становился человек (не обязательно девушка), умерший неправильной смертью – чаще всего через утопление.
Топились чаще всего, конечно, молодые девушки, не перенёсшие горести первой любви, поэтому их образ дополнялся распущенными волосами зеленоватого оттенка (такой оттенок давала тина, запутавшаяся в волосах) и венком из полевых цветов (в таких венках хоронили незамужних девушек).
Вот такие красавицы и собирались на Русальной неделе, водили хороводы и заманивали в свои сети зазевавшихся путников.
Так какое же дерево, в ветвях которого они умело прятались, считалось исконно «русальим»?
Русская берёза! На руси именно это дерево считалось проводником в потусторонний мир. Берёза укрывала неприкаянные души мертвецов, которые, по языческим верованиям, навечно были обречены маяться на земле.
Речь шла, естественно, не о всех умерших, а именно тех, кто пытался покинуть этот мир, совершив суицид, - таких мертвецов в славянской традиции называли «заложными». Славяне верили, что такие озлобленные души скрывались в густой зелени берёз и стремились утащить в своё «царство» живых людей.
Поэтому в дохристианскую эпоху наши предки никогда не сажали берёзу рядом со своими домами – чтобы души мёртвых не тревожили и не творили вреда живым.
С принятием христианства эти суеверия сошли на нет, а берёза, наоборот, стала считаться деревом силы, способным изгнать из дома хворь и всю нечисть.
Однако и в это время берёзу старались держать подальше от дома. Во-первых, на Руси считалось, что берёза – это то дерево, в которое реже всего попадает молния. Его она обходит стороной, разряжаясь в ближайшие постройки и предметы. А кто захочет, чтобы буфером стал дом?
Во-вторых, наши мудрые предки хорошо знали об особенностях этого дерева: его мощная корневая система была способна разрушить фундамент дома и вытянуть всю воду из огорода, погубив урожай.
В-третьих, высокая, стройная красавица берёзка во время бури – одно из самых уязвимых деревьев. Упадёт на избу – пиши пропало!
Верования и знания в славянской традиции тесно переплетались, а потому, чтобы не усложнять себе жизнь наши предки предпочитали высаживать берёзу на безопасном расстоянии – так оно спокойнее.