Читатели "Московских историй" вспоминают Якиманку, ее окрестности, старые дома, большей частью уже не существующие, и соседского Геночку, которого "нельзя бить, потому что он такой талантливый".
Сергей М.
Сёстры моего деда родились и всю жизнь прожили в доме № 4 по Якиманке. Сейчас дома уже нет. Именно на его месте выход на Большую Якиманку с Патриаршего моста.
Сергей С.
В конце 70-х, перед Олимпиадой, я устанавливал в тех краях сигнализацию на входы в подвалы и чердаки. Базировались мы в выселенном доме в 3-м Бабьегородском переулке. Запомнился постоянный запах карамели от фабрики «Красный Октябрь», чебуречная на набережной (ах, какие там были чебуреки!), залежи антиквариата в подвалах и на чердаках и пивнушка на Большой Полянке.
Якиманка - это детство моей мамы. Она жила в доме № 35, на 6-м этаже, окнами на французское посольство (дом Игумнова). В этой квартире жили еще несколько семей, в том числе и сестра моей бабушки, и мама с достаточно шкодливым мальчиком, про которого все говорили "Геночку нельзя бить, он такой талантливый". Потом этот мальчик стал самым известным "студентом кулинарного техникума".
Мама училась в 585-м школе в Бродниковом переулке. Мамина школьная подруга Галина жила в Бабьем городке - через дорогу. Если вдруг она прочтет этот текст, пусть отзовется, они с мамой дружили вплоть до маминого ухода 14 лет назад.
С этими местами связана и гораздо более ранняя семейная история. В 1-м Голутвинском переулке, что идет от Большой Якиманки параллельно набережной, находилась усадьба купцов Третьяковых (сейчас там музей Павла и Сергея Третьяковых).
Дом в Голутвине был построен в 1791 году полковницей Марией Павловой. Через четыре года его приобрёл купец 3-й гильдии Захар Третьяков. В 1832-м и 1834 годах здесь родились Павел и Сергей Третьяковы, знаменитые меценаты, и жили тут до 1846 года. Затем семья переехала в располагавшийся неподалёку дом Шамшурина в приходе церкви Иоанна Воина. Освободившаяся площадь сдавались внаём. В советское время в доме находились коммунальные квартиры.
Туда приехали две купеческие девочки - сестры Ольга и Вера Жегины. Через некоторое время старшая, Ольга, вышла замуж за Александра Максимовича Попова и стала моей прапрабабушкой, а младшая, Вера, вышла замуж за молодого московского архитектора Франца Шехтеля, приходившегося ей четвероюродным кузеном. Там же, в доме Третьяковых, в качестве управительницы служила мать Федора Осиповича Шехтеля. Вот такие истории связанные с этими местами.