Автор Михаил Дряшин
Слова про Украину не будут возвращены в финальную сцену спектакля «На всякого мудреца», сообщил Константин Богомолов. До 2022 года в его постановке была фраза «нет никакой Украины, всё — Россия».
А потом её убрали, чтобы избежать обвинений в конъюнктуре, заявил Константин Богомолов, муж Ксении Собчак на Петербургском международном экономическом форуме.
Спектакль поставлен по бессмертной пьесе Александра Островского, у которого, впрочем, этой фразы тоже нет, она была режиссёрской отсебятиной.
«Не хочу <возвращать отсебятину> по одной простой причине: эти слова предсказывали всё, что произойдет. И я очень горжусь этим моментом, что всё было предсказано и воспринималось залом на ура. Но в ту секунду, когда произошли события и спектакль продолжает играться – прекрасно, успешно – эти слова могли быть восприняты как конъюнктура, будто я их специально дописал».
У Островского про Украину сказано лишь единожды одним из периферийных персонажей: «У нас тоже, когда мы стояли в Малороссии, был случай с одним евреем». Тоже своего рода прозрение.
Вообще то, чем занимается Богомолов – вроде на словах патриот, но такой, что не очень верится – называется «заполнение информационного пространства». Стоило ему выступить на проходящем в Петербурге экономическом форуме – и посыпалось в новостях.
«Богомолов не собирается возвращать слова про Украину». «Богомолов рассказал, почему больше не будет ставить балет». «Назвал театральное образование деградирующим».
И вот горячее: «предложил разрешить вернуться уехавшим деятелям культуры».
Богомолов то, Богомолов сё. От Богомолова теперь нет отбоя, буквально не продохнуть. Тридцать пять тысяч одних Богомоловых.
Вспоминается опять Гоголь, куда ж без него. «Константин Юрьевич, ступайте департаментом управлять!». Я, признаюсь, немного смутился, вышел в халате: хотел отказаться, но думаю: дойдет до Самого, ну да и послужной список тоже... «Извольте, господа, я принимаю должность, я принимаю, говорю, так и быть, говорю, я принимаю, только уж у меня: ни, ни, ни!.. Уж у меня ухо востро! уж я...» И точно: бывало, как прохожу через департамент, - просто землетрясенье, всё дрожит и трясётся как лист».
Везде у нас теперь Константин Богомолов. Не слишком ли много для одного нелюдимого сумрачного человека?
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.