Кабанов повсюду развелось немерено. В деревне Загогулино на огородах всю картошку и репу поели. Курей на улицах ловят, на куски рвут и глотают вместе с перьями.
И уже трудно стало дикую свинью, пожирающую помои во дворе, коромыслом отогнать. Огрызается, подлюка, клыками клацает. Людей в деревне немного, в основном старики. Потому зверье обнаглело. Лезет на рожон, по ночам в туалет выйти страшно. Всюду вепри бродят, а в глазах у зверей зеленый свет горит. Напуганные собаки, еще не разорванные свиньями, в дом просятся и воют страшными голосами. Не жизнь - морока.
Так и сгинула бы деревня под гнетом диких свиней, если бы не приезжий биолог Изя, который зимой изучал в лесу половой деморфизм дятлов. Был он не очень смелый человек и соседство кабанов ему сильно не понравилось. Особенно после того, как поганая свинья, просунув дикую башку в “толчок”, согнала его с насиженного места в дощатом туалете, обустроенном во дворе. Изя, пробежавший до избы по сугробам со спущенными штанами, возненавидел животный мир в лице отдельно взятых свиней и решил помочь жителям деревни избавиться от этой напасти. Был он человек ученый и, изучая половой деморфизм птиц, знал толк в афродизиаках и анафродизиаках. Кто не знает – это вещества такие, первое, названное в честь греческой богини любви Афродиты, усиливает либидо, а второе, наоборот, притупляет все желания напрочь. Срочно съездив в лабораторию родного научно-исследовательского института, Изя раздобыл в отделе животноводства нужные ему сильно концентрированные препараты. Вернувшись в деревню, набодяжил эти дизиаки, разбавив их свежей мочой. С помощью шприца, зарядил этой смесью пейнтбольные шары и вооружившись любимым пейнтбольным маркером с оптическим прицелом, вышел на охоту.
Ждать пришлось недолго, обнаглевшие свиньи, бродили по деревенской улице, в поисках поживы, например, в виде помоев или зазевавшихся домашних животных. Изя залез на крышу сортира и, удобно устроившись, начал метить свиней добытыми веществами. В самок диких свиней он стрелял анафродизиаками, а в вепрей – афродизиаками.
Прямо на глазах поведение кабанов начало меняться. Вепри нервно водили рылами по веру, вылавливая соблазнительные запахи. На самок, помеченных анафродизиаками, они вообще не обращали внимания, а с веселым поросячьим визгом, в возбужденном состоянии, кидались друг на друга, стараясь грубо овладеть партнером. Самок это очень злило и они, от ревности, начали кусать своих самцов, с которыми раньше дружили. Драки начались нешуточные. Визг резал уши. В таком состоянии, преследуя друг друга, все это дикое стадо рвануло в лес. И деревня вздохнула свободно. Местные жители испекли для биолога Изи большой пирог с капустой, самогона принесли. Очень хвалили парня. Но Изя пить не стал, настоящие ученые алкоголь не употребляют.
Кстати, свиньи больше в деревню не вернулись. Так и пропали в лесах с той поры. Так сказать, растворились в живой природе. Вскоре охотоведы отметили резкое уменьшение поголовья кабанов в угодьях. Ясное дело, когда вепри на самок смотреть не хотят, а только, высунув языки, друг за другом гоняются, какое там к чёрту, увеличение поголовья. Теперь вся надежда на то, что дизиаки в конце концов перестанут действовать. А то ведь охота на кабанов может накрыться медным тазом.