Боль, боль, боль и снова боль. В какой-то момент не остаётся ничего кроме неё.
И чем ярче ты чувствуешь свою боль - тем глубже становится яма , которую ты сам себе роешь. Берём буровую установку и роем туда, вглубь, в темноту.
Очень сложно остановиться и просто не рыть. Невозможно. В какой-то момент вокруг не остаётся ничего кроме грязных, темных и склизких стенок.
Кажется, что все монстры, существующие в мире - они все твои, все повернули свои вонючие пасти в твою сторону и ждут пока ты сдохнешь окончательно, чтобы полакомиться твоей плотью.
Когда-то, живя в колодце, я очнулась на железнодорожном мосту. Я смотрела вниз на проходящие поезда, в горле стоял каменный ком, который даже дышать не позволял. Желание только одно - прекратить это, не важно как, просто чтобы его больше не существовало, чтобы тебя не существовало.
Затем была психотерапия, я не дошла до посттравматического синдрома буквально шажок. А может быть и дошла, не знаю.
Гораздо позже я научилась отслеживать начинающуюся паническую атаку, ее первые звоночки.. Я все ещё рыла колодец. Но я научилась разворачивать себя внутри колодца по направлению к свету, не опускаясь слишком глубоко. Теперь мне нужен час, чтобы выйти из ямы.
Мой способ - я осознанно заставляю себя смотреть шире. Да, находясь внутри колодца - ты забываешь что такое шире. Но сознательная часть меня приходит на помощь и вспоминает какие предметы в той не колодезной стороне жизни назывались широкими.
Это простор, это небо, это воздух, это волны, это даже просто длинная дорога. Лишь бы сознанию ни за что конкретное нельзя было зацепиться.