Своё начало данная альтернатива берет в 1884 году, когда начал осуществляться проект первого броненосца, получившего название «Император Александр II». Казалось бы, что после столь длительной (без малого два года) и глубокой проработки проект мог бы стать типовым для постройки всех последующих кораблей (Не плохая альтернатива...). Но не таков был И. А. Шестаков, в натуре которого заботы о казенной экономии удивительным образом соединялись с барским, разорявшим казну расточительством. Не придавая значения выгодам серийной постройки однотипных кораблей, он видел экономию только в уменьшении их размерений.
Выданное им 3 марта 1884 года задание предписывало второй балтийский броненосец (будущий «Император Николай I») проектировать «меньших размеров противу строящегося» («Император Александр II» обходился казне в 8,2 миллиона рублей, что превышало запланированное на 0,5 миллиона рублей). Новый броненосец предлагалось строить по образцу приглянувшегося министру бразильского (построенного в 1883 году в Англии) броненосца «Риачелло», но вооруженного не 229-мм артиллерией (по два орудия в двух башнях), а двумя 305-мм дальнобойными пушками также в двух отдельных башнях.
Так начался новый, совершенно не связанный с проектированием «Александра II», период творческих исканий изнемогавших от инициатив министра инженеров Морского технического комитета (МТК). Более габаритные отечественные башни и, как вскоре оказалось, паровые машины по образцу установленных на крейсере «Владимир Мономах» (7000 л. с.). потребовали увеличения водоизмещения с 5700 т («Риачелло»), до 7374 т. 5 ноября 1884 года последовало указание проработать новый вариант — вместо машин, аналогичных установленным на крейсере «Владимир Мономах», применить машины (вместе с котлами), которые министр намеревался снять с парохода «Опыт» (разжалованное из императорских яхт неудачное детище А. А. Попова «Ливадия»). Таким образом проектировщики пытались скрестить ужа и ежа в виде орудий броненосца и машин броненосного фрегата. Но снятие с «Опыта» двух бортовых машин грозило ухудшить управляемость этого парохода, который командование Черноморского флота надеялось использовать в качестве вместительного военного транспорта.
Тогда в Петербурге появилась новая идея — снять только среднюю машину, заказав вторую по ее образцу. Нелепость этого уникального заказа (со снятием эскизов с совершенно незнакомых механизмов) министра, видимо, ничуть не занимала. Получив такое задание, механический отдел МТК 10 апреля 1885 года отрапортовал, что «сооружение новой машины» вполне реально, после чего начались переговоры с Балтийским заводом, где предполагалось строить и сам корабль.
Тем временем, уже рассматривался новый вариант вооружения: установка двух 305-мм дальнобойных не снижающихся (в открытых барбетах) и двух 229-мм орудий или 254-мм, «смотря по сравнительной их силе и весу». Последних, впрочем, на вооружении флота не имелось, а потому, по предложению артиллерийского отдела МТК, решили остановиться на 305- и 229-мм дальнобойных орудиях с длиной ствола по 30 калибров.
Специально для броненосца «Император Николай I» в 1887 году был разработан проект носовой двухорудийной 305-мм/35 барбетной установки и кормовой одноорудийной 305-мм/35 барбетной установки вместо двух кормовых орудий. Однако в 1888 году Великий Князь Алексей Александрович приказал заменить 305-мм/35 на 305-мм/30 орудия в носовой установке, а от кормовой отказаться вообще. В 1888 году МТК по инициативе наблюдающего Н. Е. Кутейникова решил заменить носовую барбетную установку закрытой башенной, что вызвало перегрузку в 50 тонн.
Здесь мы предположим, что была установлена не только носовая башня с двумя 12" орудиями, но и за счет офицерских кают и адмиральских апартаментов кормовая башня с одним 12" орудием. Будет ли данная башня той соломинкой которая ломает хребет верблюду? Причем, прецеденты с вооружением броненосцев двумя орудиями в носовой башне и одним в кормовой были. У тех же французов строился броненосец "Бреннус" с подобным составом вооружения и отличными 34-см орудиями весом 61660 кг каждое. Генерал-адмирал мог поглядеть на него в Лорьяне и захотеть установить на "Николае I" вторую башню.
В Цусимском сражении
Броненосец "Император Николай I" мужественно участвовал в Цусимском сражении. Серьёзных повреждений не получил (за исключением оторванного снарядом ствола 305-мм башенного орудия), но истратил более 2/3 боезапаса. Потери составили 11 человек убитыми и 16 — ранеными. Нанёс повреждения японским броненосцу «Фудзи» и броненосным крейсерам «Асама» и «Идзумо».
Эскадренный броненосец "Фудзи" получил попадания: пару 12", три 6", два 3" и пятью снарядами неустановленного калибра, включая касательные попадания). Единственное серьезное повреждение было нанесено 12" снарядом, попавшим в 14.40 в щит кормового барбета. Снаряд пробил 6" броню у правого орудийного порта, прошел вдоль орудия и разорвался на верхней траверсе как раз перед верхней позицией зарядника. 4" тыльная плита была выбита взрывом и вылетела за борт, а большая часть крыши была сорвана. Находившийся в орудии полузаряд вспыхнул, загорелись также находившиеся в верхнем заряднике 8 четверть зарядов, однако огонь не затронул шесть фугасных снарядов. 8 человек погибло, 9 человек было ранено. Была перебита нагнетательная трубка гидравлического привода правого верхнего досылателя, и, как говорят, бившая из нее под большим давлением вода сильно помогла тушению пожара. Правое орудие было задето осколками, и на этом основании из него больше не стреляли, хотя впоследствии арсенал в Курэ счел его исправным. В момент попадания правое орудие было почти готово к 13-му выстрелу. Через 40 минут левое орудие было снова введено в действие и до конца боя выпустило еще 23 снаряда. Последним выстрелом из этого орудия, по-видимому, был потоплен "Бородино".
Броненосный крейсер "Идзумо" получил пять 12" и одно 10" или 12" попадание и три попадания снарядами 6" или неустановленного калибра. Большинство 12" попаданий пришлось в кормовую часть, и эти попадания не причинили больших повреждений. В 18.50 12" снаряд пробил все палубы вплоть до броневой палубы, вдоль которой он проскользил не взорвавшись. При этом снаряд пробил обшивку котельного отделения, и если бы он взорвался, то мог бы вывести из строй среднюю группу котлов.
Броненосный крейсер "Асама", как отмечалось в описании боя, получил тяжелые повреждения. Корабль, очевидно, получил попадания три 12", два 9" и примерно семь снарядов меньшего калибра.
Один 12" снаряд, попавший в 14.08 в капитанскую каюту на правой раковине, встряхнул крейсер настолько сильно, что на носовом мостике вышло из строй рулевое устройство. Пара 12" снарядов, попавших в 14.40 также в кормовую часть корабля по правому борту, нанесли сильные повреждения. Попадания пришлись примерно в 5 футах (1.5 м) над ватерлинией и привели к значительным затоплениям. Ещё 9" снаряд попал в верхнюю палубу и тоже разорвался в капитанской каюте, а другой 9" снаряд взорвался при ударе о нижнюю кромку брони кормовой 8" башни, оставив в броне только выбоину. Более слабый 6" снаряд, попавший в 15.50 в основание задней трубы на 20 минут (до исправления повреждения) сильно уменьшил тягу в топках котлов.
По "Идзумо" вел, в основном, огонь броненосец "Сисой Великий", так, что его в альтернативу размещать не будем. В случае добавления кормовой башни с одним 12" орудием, возможно еще добавление пары попаданий в японские корабли. Используя генератор попаданий (где 1-6 длина корабля по ватерлинии, а 1-6 высота, причем 1 - ниже ватерлинии, 2 в неё родимую, 3-6 выше, примерно, зрительно разделяя на равные участки).
Если смоделировать дополнительные попадания по "Фудзи", то снаряды могли ударить в нос корабля, один надводный, один подводный. Броненосец принял бы некоторое количество воды, возможно, несколько сбавил скорость, но ничего критического не произошло.
В "Асаму" два попадания у меня пришлись в носовую башню, с её подрывом и пожаром, возможно, корабль бы полностью потерял боеспособность и осел носом. Второе пришлось на 7-дм броневой пояс выполненный из брони "Гарвея". Она проницаема для бронебойных 12" снарядов русских орудий уже с 25 кабельтовых. Можно сделать предположение, что второй снаряд из кормовой башни броненосца "Император Николай I" пробил главный броневой пояс и вывел из строя или паровую машину или группу котлов, с обильным затоплением. В любом случае, данная пара попаданий ставила крест на дальнейшем продолжении боя данным кораблем. Но, по велению Генерал-адмирала Алексея, ничего подобного не произошло.