Начало здесь 👇
А в деревне ребятня такой шум подняла, что весь народ собрался. Да только что с этим всем делать никто из них не знает. Вот и решили по утру к священнику за помощью идти.
И как только рассвет в окна забрезжил, народ в церковь отправился. Да перед этим решили они на кладбище зайти, посмотреть на могилу вчерашнего мертвеца. А могила та словно перелопачена вся. Крест на бок свернут, а могильный холм весь разворочен.
Походили люди и по другим могилам, и там такая же история. И как только раньше этого не видели?
А тут и священник сам на кладбище пришел, кто-то уже успел ему обо всем доложить. Вот и стали они всем селом думать, как дальше быть.
Решено было ещё какое-то время понаблюдать за колдуном. Что же он все-таки с покойниками делает.
Набралось самых смелых мужиков человек пять. Вот они то, дождавшись ночи, подкрались к дому колдуна и по окнам стали заглядывать.
А там... творилось что-то невообразимое.
Внутри дома горел серебристый свет и доносились стоны, вопли и рычание. И повсюду, куда не глянь, были одни лишь мертвецы. Многие из них беспомощно лежали на полу. Кто-то неистово лобызал подол старика. Зрелище, я вам скажу, было жуткое.
Вы только представьте себе: полуразложившиеся трупы, с потекшими глазами из орбит, с беззубыми ртами и впавшими носами, елозили друг по другу, приводя тем самым в неописуемый экстаз колдуна. Который стоял посреди этой всей вакханалии и еле слышно что-то бубнил, сложив руки так, будто о чем-то молился.
Мужики от увиденного начали креститься и спотыкаясь, да падая по пути побежали прямиком к церкви.
- Батюшка, заступник ты наш, спаси от ирода проклятущего. На тебя, да на Бога одна надёжа, - с порога заорали они в пять голосов.
Снова подняли всю деревню. Кто топорами вооружился, кто вилами, да все вмести и отправились к дому колдуна. Крик поднялся на весь околоток.
Выбежал колдун из дома в своей черной мантии, борода по ветру вьется, а лицо от злобы все перекошено.
А следом за ним толпа мертвецов. И было их превеликое множество, словно не одно кладбище было здесь. Некоторые свежие, кто частично или полностью сгнивший. Кто без глазных яблок, с ободранными черепами, кто покрытый черной сгнившей кожей. Кто без рук, кто без ног. Кто с вздувшимися животами, кто с разорванными боками, кто с обнаженной грудной клеткой, в которой виднелись остатки от сердца и легких. Кто был наполовину лишен головы, кто без требухи, кто с торчавшими ребрами и костями. В общем были все, и худые и распухшие, любой покойник на любой вкус. Самый, что ни на есть, настоящий парад смерти.
Они сначала стояли, принюхиваясь, словно дикие псы. А затем двинулись на жителей деревни, протягивая к ним свои зловонные руки. И поражало то, что двигались они, кто медленно, кто быстро. Кто-то полз по земле, волоча хвостом за собою внутренности. А живые люди стояли, ошарашенно смотрели на этих "нечто" из другого мира, не в силах что-либо предпринять.
А колдун, в это время, находился позади своих мертвяков и мерзко улыбался.
Хорошо хоть священник не растерялся и как заорет, - заступник мой еси и Прибежище мое, Бог мой, и уповаю на Него...
Мертвые тут же как вкопанные встали. А колдуна аж но всего от ярости перекосило. Не ожидал он, что люди с собой священнослужителя приведут, который басит все сильнее и сильнее свои молитвы. Да так, что мурашки пробирают.
От этих молитв люди словно вернулись в реальность. Бросились они с остервенением на мертвецов. И начался ожесточенный бой между живыми и мертвыми. Долго продолжалась эта борьба и весь луг уже был покрыт мертвечиной, да только они все никак не заканчивались.
- Отступаем! - скомандовал вдруг священник, - отходите все за мост и рубите его топорами.
Так и сделали мужики.
А он сам подошел к реке, крест с шеи снял, молитву какую-то прошептал и опустил его в воду. Мертвецы по берегу мечутся, а в воду войти не могут, как и сам колдун. Ходит он вдоль берега по кругу, проклятиями сыплет, а сделать ничего не может. А как понял, что не перебраться ему через освященную реку, так и скрылся в доме своем, вместе со своими мертвецами.
Долго еще по ночам в нем свет серебристый горел, долго еще раздавались стоны, вопли и рычания. А затем в какой-то момент все разом прекратилось. Только из дома того растение диковинное по лугу потянулось, которое раз в году цветет серебряными цветами.
Иван окончил свой рассказ, а мы еще долго сидели в полной тишине уставившись на луг, пока кто-то из нас не спросил, - а куда же делся потом тот колдун?
- Сколько люди за домом не наблюдали, колдун так больше оттуда и не вышел. Что с ним произошло, может с голоду умер, а может все-таки нашел, как с луга выбраться, этого никто не знает. Но молодежь говорит, кто по храбрее, да без царя в голове, да кто на него наведывался, что чертовщина на лугу по-прежнему твориться. От которой человека такая паника одолевает, что он пугается и назад сломя голову бежит. А потом рассказывает, что слышал, как цветы серебряные подвывают. И настолько эти звуки страшные, что прямо душу холодят. Так, спустя годы и поубавилось прыти у ребят, и теперь никто на этот луг не ходит. Так, то вот, - добавил Иван, - поэтому я бы не советовал вам туда плыть, а уж тем более цветочков тех рвать. А ну, как колдун не исчез никуда и ждет в доме, поросшей травой, своего звездного часа.
- Да ну тебя, - нарушил я тишину, - хрень какая-то. Не может такого быть, чтобы мертвецы оживали.
- Хрень ни хрень, а ты попробуй, сходи на этот луг, вот тогда и посмотрим.
Я снова взглянул на него, а затем встал и подошел к воде, осторожно трогая ее носком шлепанца, проверяя температуру. Неожиданно со стороны луга поднялся ветер и цветы на лугу зашевелилась. А на ночном небе стали сгущаться тучи, погружая все вокруг в еще более непроглядную тьму. И вдруг я услышал протяжный вздох... Он был настолько тяжелым и глубоким, что по моей спине побежали мурашки, а нервы мои сдали, - ну и ладно, пусть даже если и было это все... главное теперь чтобы освященная река не пересохла.