- Очень бы не хотелось, но, кажется, я тут сдохну!
Слава размахнулся, насколько позволяла высота потолка подвала, и саданул острием проржавевшей лопаты в потолок. Отлетело буквально пара щепок, что не вселило надежду на освобождение.
Замах и удар, замах и удар. Жить хотелось неимоверно, да и свобода была сравнительно близко, но как в той поговорке, как бы близко не был локоток, а на зуб его не попробуешь.
Уже весь пол под ногами устилала деревянная щепа, но прогресс был минимальным. Потолок проламываться отказывался.
- Кто так строит? – злился Слава.
Полы в деревенских домах настилают обычно досками, которые служат потолком подвала. А тут, строительных дел мастер, почему-то, застелил пол бревнами. Это надежно и более долговечно, но Слава такому качеству был не рад.
В подвал его понесло банальное любопытство. Только Слава не учел ветхость стены, которая рухнув, закрыла люк и придавила его собственным весом.
- На кой ляд мне сдался этот дом? – вскрикивал Слава, делая очередной удар.
Если бы Слава вознамерился покупать дом, его восклицания теряли бы всякий смысл. Но дом свалился на него совершенно неожиданно. Так сказать, наследное имущество.
Про этот дом Слава знать ничего не знал, пока не пришло письмо из поселкового совета. Там были документы, доказывающие, что дом принадлежит Славе по факту родства. Короче, в этом доме жил его прадед, потом владел и иногда посещал его дед. А Славин отец владел, но ни разу там не был.
К Славе обращался в письме председатель поселкового совета с просьбой решить судьбу данного строения. Если Слава планирует вступать в права наследования, то нужно подписать документы, а если ему дом не нужен, то просто подписать отказную, и имущество перейдет государству.
Любопытство, конечно, не порок, а Славе стало интересно, что это за родовое гнездо такое, но проблем из-за него обычно возникает много.
Наградой стало заточение в подвале.
Слава звал на помощь, но соседние дома, как и новое владение парня, стояли брошенными. Поэтому спасаться приходилось самому. Хорошо, что хоть вентиляция в подвале была отменная. Это давало возможность сражаться до последнего, хотя и продлит агонию, если выбраться в итоге не получится.
- Эй! – услышал Слава голос сверху, - Есть кто живой!?
- Есть! – прохрипел Слава, откашлялся и уже громко прокричал: - Есть!
- Ляпни снизу, где ломать!
Слава саданул черенком лопаты в потолок.
- Нормально! – ответили прямо над головой, - Ты там отползи в сторону, чтоб обломками не посекло!
- Хорошо! – сказал Слава и отошел на пару метров, а сверху закипела работа.
Робкий лучик света вспорол темноту подвала. Вот именно тогда Слава понял, что он тут не останется. А мужики весело и споро расширяли дыру. Когда она стала приемлемых размеров, Славу за руки вытащили на свет божий.
- Спасибо мужики! – чуть не плача, благодарил Слава, - Я думал, что там и останусь!
- Да, ладно, что уж там, - отмахивались мужики.
- Как зовут моих спасителей?
- Я Арсений, а это Михаил, - ответил тот, что выглядел старше.
- Мужики, обождите тут, а я сейчас в магазин, мое спасение нужно отпраздновать!
И Слава побежал в магазин.
Когда он, нагруженный мешками и пакетами, выползал из магазина, его встретил председатель, который ему писал о наследстве:
- Молодой человек, решили отпраздновать вступление в наследство?
Слава в трех словах поведал, что попал в ловушку в подвале, а двое мужиков его спасли. Вот он им поляну решил накрыть.
- А что за мужики? – спросил председатель, - Ваши что ли?
- Какие, мои? – Слава отмахнулся, - Я один приехал. Ваши, деревенские, Михаил и Арсений!
- Нет у нас таких, - сказал председатель, - У нас в деревне вообще мужиков считай, нет, кроме меня и старика Егорыча, но ему уже лет 300.
- Пойдемте со мной, они у меня в доме, - пригласил Слава, - Познакомитесь, да заодно и отпразднуем.
Но ни в доме, ни возле него никого не было. Только скрюченный старичок сидел на колоде возле калитки.
- Егорыч, - обратился к старичку председатель, - Ты тут мужиков не видел?
- Никого не было. Шум услышал, пришел, а тут Зайцевых дом рушится. Думал глянуть, да притомился.
Егорыч поднял глаза на Славу, присмотрелся:
- Его порода! Мишкина!
- Простите, чья? – спросил Слава, а председателю сказал, - Один из них Михаилом представился.
- Я когда пацаном бегал, жил тут Михаил Арсеньевич. Так ты с ним – одно лицо.
Тут вмешался председатель, видя растерявшегося Славу:
- По документам Зайцев Михаил Арсеньевич – это прадед данного молодого человека. А Арсений, соответственно, прапрадед.
Егорыч ткнул клюкой в пакет, что принес Слава и сказал:
- Ну, что ж, давайте тогда выпьем за родичей наших, которые помогают нам даже с того света!