Заметка оппозиционного «Синего журнала»: «Траурная процессия на Невском. На похоронах Г.В. Плеханова — первого русского социал-демократа — «вождя русских рабочих» — обнаружилась трагедия его жизни, вернее, его смерти. Знаменитый учёный, один из умнейших и талантливейших людей ХХ века, отдавший всю жизнь рабочему классу, оказался одиноким. Хоронили его не народные, широкие массы — но русская интеллигенция преимущественно. Впрочем, такова печальная судьба русской революции. Глубокое светлое знание, исключительный интеллект — оказались за бортом. Революционная стихия вынесла на гребень девятого вала людей совсем иного склада, которые могли импонировать толпе и увлечь её за собою с помощью совсем иных данных, чуждых всей натуре Плеханова...»
30 мая 1918 года скончался основатель русского марксизма Георгий Плеханов. Похороны его состоялись 9 июня.
Похороны часто в истории становились акциями протеста, фронды или даже революционной оппозиции. Так было, например, с похоронами большевика Баумана в октябре 1905 года, которые превратились в репетицию вооружённого восстания в декабре того же года. В СССР так было, например, с похоронами левого оппозиционера Адольфа Иоффе, которые в ноябре 1927 года стали последней легальной демонстрацией оппозиции, где выступал уже исключённый из партии Троцкий.
Заметка оппозиционного «Синего журнала»: «Г.В. Плеханов в гробу. Кончина Г.В. Плеханова явилась крупнейшим событием в русской общественной жизни. В откликах на трагическую смерть покойного, проникших в печать, отобразилась с чрезвычайной яркостью структура современного русского общества, его настроения и упования. На могиле Плеханова сошлись полюсы нашей печальной действительности. Вместе с Плехановым сходит в могилу много несбывшихся надежд, неосуществлённых идеалов, которыми жило несколько поколений русской молодёжи».
Конечно, и похороны Плеханова не избежали этой участи. Поскольку Георгий Валентинович после Октября не принял советской власти, они превратились в массовую демонстрацию оппозиции. А Григорий Зиновьев в «Правде» заявил: «Мы не пойдём на похороны нашего бывшего учителя, который на склоне своих лет перешёл на сторону наших злейших врагов». Большевики решили почтить память своего учителя иными способами — например, провели чрезвычайное заседание Петросовета в честь Плеханова. А похороны, таким образом, оказались отданы на откуп правой оппозиции, и она оказалась там вся, начиная с меньшевиков и правых эсеров, продолжая кадетами и заканчивая даже монархистами.
Именно к этому дню относится одно из последних появлений на политической сцене РСФСР известного депутата Госдумы и черносотенца Владимира Пуришкевича. Он незадолго до этого вышел из советской тюрьмы, куда попал ещё в 1917 году за заговор с белым генералом Калединым, в ходе которого он, по собственному признанию, собирался разделаться с большевиками с помощью «виселиц». Узнав о крупном политическом событии — похоронах Плеханова — он решил отличиться и поучаствовать и тут.
Владимир Пуришкевич
Правда, не лично — учитывая скандальную репутацию Владимира Митрофановича, он имел все основания опасаться, что нарвётся, как минимум, на оскорбление действием кое от кого из участников похорон, не вполне забывших учение Маркса. Но он прислал на могилу бывшего вождя социал-демократии прощальный венок с эпатирующей, по его обыкновению, политической надписью, которая врезалась в память участникам похорон: «Русь диктовала бы мир в Берлине, если бы Русский социалист в дни бранных бурь шёл по путям, указанным тобою. От Монархиста В. Пуришкевича. Политическому врагу великому Русскому Патриоту Социалисту Г.В. Плеханову».
Фото Карла Буллы
Справа — Вера Засулич, начинавшая с Плехановым в России проповедь марксизма