Открыв дверь в палату, я сразу же наткнулась на три пары встревоженных глаз. Видно разговор моих подружек был явно обо мне. — Наташа, ну как же так? — промолвила Лида, — ведь никого, кроме тебя, сегодня не выписывают. Ты, что, сама напросилась? А как же мы? — Да, Наташа, — вторила Марина, — что же ты нас бросаешь? — Девчонки, ну, что вы, ей Богу! Не завтра, так послезавтра вас тоже выпишут! — воскликнула я с наигранной веселостью. Сейчас мы обменяемся адресами и продолжим дружить. Ведь в одном городе живем! А ты, — я обратилась к Марине, — теперь тоже будешь в нашем городе жить у своего мужа. Так что никуда мы друг от друга не денемся! — А пока давайте немного отдохнем. За мной все равно приедут не раньше четырёх часов. Еще успеем наговориться, — и я, не снимая халат, легла под одеяло. Дождавшись, когда подруги угомонятся, я села на кровать и, достав из сумки пакетик с голубой шапочкой, засунула его в карман халата. Потом, тронув Лиду за плечо, я знаками показала ей, чтобы она вышла со мной в коридор. Я точно знала, где мы с Лидой сможем спокойно поговорить. Взяв её под руку, я спустилась с ней на первый этаж. Подойдя к кабинету главврача, я на всякий случай подергала ручку, потом постучала в дверь и, не дождавшись ответа, с облегчением вздохнула и жестом пригласила Лиду присесть на топчан. — Наталья, а, что случилось-то? — встревоженно спросила Лида. — У меня — ничего. Просто я только что случайно узнала о том, что доктор отправился домой. Поэтому и хотела у тебя спросить, успел ли твой муж поговорить с ним? — Да.Успел. Мой Виктор приезжал в восемь утра, и они обо всем с доктором договорились. Я уж не знаю, каким образом, но Игорь Петрович сделает так, что я выйду из больницы с ребенком на руках. Он нам твердо пообещал. — И во сколько он оценил свой подвиг? — не удержалась я от усмешки. — Наташа, зачем ты так?! Игорь Петрович очень хороший и порядочный человек! Виктор ему предлагал довольно крупную сумму, но доктор категорически отказался. Кстати, а он в курсе, что ты сегодня выписываешься? — Надеюсь, что нет. Если, конечно вы или тёть Маша ему не рассказали. — Нет, мы ему ничего не сказали. А, кстати, может, тебе известно, когда он вернется? — Увы, не знаю, но сильно подозреваю, что не сегодня. — Наташа, и, как же ты, вот так, не простившись с ним, уедешь домой? — А, как же еще?! Ничего с ним не случится. Не велика потеря. Переживёт как-нибудь. Найдет себе подругу жизни из своей медицинской среды. Будут у них общие интересы. А со мной ему о чем говорить? О тряпочках, о бисере? Разные мы с ним. И вообще мне некогда будет о любви думать, мне работать надо и дочку растить. — Наташа, признайся честно, ты ведь всё ещё надеешься, что вернется отец твоего ребенка? Неужели готова простить? — А ты права, Лида, я готова простить ему всё. Не знаю, может, потому, что он для меня был не просто мужем. Он был для меня всем. Мамой, папой, другом, который понимал меня с полуслова и с полувзгляда. Я чувствую, что он вляпался в какую-то нехорошую историю, поэтому и не может приехать. Я уже решила, как мне разузнать о нём. Попрошу своего брата, чтобы он позвонил в Тбилиси. Лида смотрела на меня с грустью и жалостью. — И не надо на меня так смотреть! Если он меня действительно бросил, то я, хотя бы, перестану его ждать. И вообще в моей жизни все прекрасно и без мужчин. Закрыли эту тему. На вот тебе маленький подарочек, — и я вынула из кармана пакетик с голубой шапочкой. — Ой, какая прелесть! — воскликнула Лида и бросилась меня обнимать. — Лида, пообещай мне одну вещь, — сказала я. — Всё, что угодно, моя дорогая! — Пообещай приехать со всей своей семьей ко мне в гости, как только малыш немного подрастет. — Наташа, да мы раньше приедем. У нас ведь есть машина. Так жаль, что у тебя нет телефона. Но я тебе дам свой номер и ты мне обязательно звони, как только будет возможность. Ты ведь теперь для нас родной человек. Да, если бы не ты… — Лида чуть не прослезилась. — Лида, не переживай. Никуда мы друг от друга не денемся. И дружить будем, и встречаться будем, и всё у нас будет просто замечательно!