Итак, малыш появляется на свет, уже обладая необходимыми механизмами, чтобы более-менее обеспечить себе безопасность. Эти механизмы я описала в предыдущей статье "Демоны внутреннего мира. Часть 1".
В самом начале "он и мама", "он и весь окружающий мир" представляют для малыша единое целое.
Но постепенно малыш, разглядывая маму, начинает отделять внутренние образы от внешних и выражать свои переживания вовне, направлять их на те внешние объекты, которые эти переживания вызывают. Если мама внимательна к малышу, замечает его чувства и контейнирует их, то есть принимает и показывает, что они выносимы, то и ребенок постепенно учится их проживать и выражать, выносить напряжение, когда его потребности не удовлетворяются и переживать «плохие» чувства, возникающие в этой связи, не бояться и не отвергать их. Например, принимая агрессию ребенка, мама показывает, что его агрессия не всесильна, она имеет границы, и не способна разрушить ни маму, ни её любовь к нему. Малыш понимает, что он может быть не прав или ошибаться, быть злым, расстроенным и недовольным, но при этом он не будет отвергнут. Он понимает, что мир не так уж плох и небезопасен, что он может справиться с возникающими трудностями, сначала рассчитывая на поддержку, а потом и на себя, а может оказаться слабым и беспомощным, что не приведет к разрушению. Так закладывается базовое доверие сначала к маме, а потом и к миру, и будет служить основой для всех дальнейших взаимоотношений.
Если положительных объектов и положительного опыта было достаточно, а негативный опыт в результате любви и поддержки не оказывался чересчур фрустрирующим, то ребенок начинает принимать свою амбивалентность – принимать себя одновременно и плохим, и хорошим. Также он начинает воспринимать сначала маму, а потом и других людей. Расщепление объектов во внутреннем и внешнем мире на «плохие» и «хорошие» перестает быть необходимым.
Что же происходит, если значимые для малыша взрослые не удовлетворяют его потребности, отсутствуя физически или будучи слишком холодными, невнимательными и нелюбящими?
В результате такого травмирующего опыта формирование целостной личности, способной принимать и выносить свою амбивалентность, не происходит. Внутренний мир так и остается не отделенным от внешнего и расщепленным на хорошие и плохие объекты.
Сохраняя уверенность в том, что окружающий мир небезопасен, человек будет постоянно находиться в ожидания агрессии и отвержения. Как сказал Винникот станет «собранием реакций на столкновение», не осознавая при этом, что кажущаяся агрессия окружающего мира против него – это проекция его собственной агрессии. Нападает на него не реальный окружающий мир, а встроенные в его личность внутренние «плохие» объекты, прообразы тех, кто когда-то был к нему агрессивен, стыдил, обвинял, наказывал.
Сложность изгнания этих «внутренних демонов» заключается в том, что, как я сказала ранее, проецирование – это защитный механизм. С его помощью человек защищает себя от агрессивного, отвергающего и уничтожающего, как он уверен, окружающего мира, не сверяя происходящее с реальностью. А также и в том, что в человеке будет жить надежда сделать когда-нибудь «плохие» объекты «хорошими», что привязывает его к холодным, обижающем, нелюбящим взрослым, которые когда-то были для него значимыми.
Что же делать, если то, что я здесь описала вам откликается?
🔹Во-первых, если вам кажется, что другой человек настроен по отношению к вам агрессивно, задумайтесь – по каким признакам вы определяете, что он агрессивен?
🔹Во-вторых, если признаки его агрессии не очевидны - попробуйте допустить, что, по меткому выражению Гарри Гантрипа, вы «живете во внешнем мире с эмоциями, порожденными во внутреннем мире». Возможно, это ваша, а не его, агрессия. И он тут совершенно не при чем.
🔹В-третьих, представьте, что этот внешний «плохой», нападающий на вас, человек – внутри вас. Представьте, что вы – это он. И проведите с ним диалог. Действительно ли он желает вам зла?
🔹В-четвертых, идите на психотерапию. Она будет небыстрая и нелегкая, так как сложно быстро поверить в любовь и искреннюю заинтересованность, принять заботу и поддержку, если само понятие любви для вас непосредственно связано с болью отвержения.
Мне часто приходится слышать «Я боюсь людей, я не понимаю, как с ними контактировать» или даже «Я ненавижу людей».
Приведу в связи с этим слова Гарри Гантрипа:
«Ненависть – это любовь, ставшая «сердитой» из-за отвержения. Мы можем действительно ненавидеть людей, если желаем их любви. Ненависть является выражением фрустрированных потребностей любви, попыткой разрушить плохую, отвергающую сторону человека в надежде оставить хорошую, откликающуюся сторону доступной, борьбой за их изменение».
Может быть, пришла пора перестать исправлять то, что уже не исправить, а начать учиться жить и любить сейчас?
© Юлия Ивлева
#психология #разочарование #горе #грусть #пустота #агрессия #разрушение #любовь #родители #мама