Юная девушка выбежала из общего зала. Её привлёк знакомый стук, знаменующий прибытие любимого.
– Ах, Сашенька, милый! – воскликнула она. – Я всякий раз удивляюсь, как это тебе удаётся вскарабкаться ко мне через балкон!
– Второй этаж вовсе не преграда для такой сильной любви как моя! – ответил юноша.
Они держались за руки и любовались друг другом.
– Я так счастлива, что снова вижу тебя!
– Я тоже безумно счастлив, мое сердце, моя любовь!
Юноша робко потянулся к девушке, чтобы поцеловать в щёку.
Она звонко расхохоталась.
– Ангелина! – заверещал чей-то голос из-за кадра. – Ну что опять такое?! Десятый дубль уже снимаем!
– Ну а чё он так смешно губы выпячивает? – задыхаясь от смеха, выдавила из себя девушка.
– Не "чё", а "что", – продолжил строгий голос. – Ты дочь аристократа, в конце концов, а не тётка с базара. Быстро настроились на съёмку! Продолжаем.
Отдышавшись от очередного приступа смеха, Ангелина состроила серьёзную мину и взяла своего партнёра за руки.
– Я так счастлива, что снова вижу тебя, – повторила она.
– И я тоже безумно счастлив, моя любовь.
"Сашенька", стараясь особо не выпячивать губы, поцеловал свою возлюбленную в щёку.
– Стоп! – закричал режиссёр. – Что это за трагическая встреча двух роботов?! Где эмоции? Где чувства?
Ангелина закатила глаза.
– Ну вот, а я так старалась не рассмеяться...
– Ещё раз. Вы – возлюбленные! Смотрите друг на друга как... не знаю... как на любимое лакомство. Поехали!
Ангелина потянула руки к партнёру.
– Ах, я так счастлива, что снова вижу тебя, мой дорогой. Мой прекрасный, мой... божественный!
– Я тоже счастлив видеть тебя, моя неповторимая, самая вкусная... с колбасой и солёными огурчиками...
– Стоп! Стоп!!! Какие огурчики?! Какая колбаса?! – режиссёр впал в ярость.
– Ой... – опомнился парень. – Простите, я просто голодный. Вы сказали про лакомство, и я сразу задумался о пицце из столовой...
Режиссёр обречённо приложил ладонь ко лбу.
– Всё, забыли про лакомства. Просто отыграйте как следует. Просто влюбленные, без роботов, смеха и огурчиков.
Девушка с юношей романтично держались за руки и смотрели друг другу в глаза.
– Я так счастлива, что снова вижу тебя, любимый!
– Я тоже безумно счастлив тебя видеть, моя любовь!
Юноша уверенно целует девушку в щёку.
– Ах, я так взволнована! – говорит девушка. – Мои родители будут против нашей любви.
– Не бойся, любовь моя, я смогу добиться их расположения! – отвечает юноша.
– Но как? Маменька с папенькой уже нашли мне мужа из хорошей семьи. Я так боюсь, что это окажется какой-нибудь страшный и лысый дед...
– То есть, если это будет молодой красивый принц, то ты с радостью позабудешь меня? – юноша демонстративно упёр руки в бока.
– О, нет, мой дорогой! Нет никого ужаснее тебя!
– Стоп! Стоп!!! – кричит суровый голос. – Ангелина, ты слышишь, что говоришь?! "Ужаснее тебя"?! Ты правда считаешь, что девушка может так сказать своему любимому?!
– Ой, – Ангелина нахмурила брови. – А так ему и надо! Он сегодня со мной шоколадкой не поделился!
– Какой еще шоколадкой... – режиссёр отчаянно откинулся на спинку стула. – Чёрт меня побрал согласиться работать со школьниками...
– Ну, как какой? Обычной. С орешками.
Актёрский состав ещё долго не уходил со съёмочной площадки.
После сто тридцать пятого дубля было решено прекратить съёмку и вместо романтической драмы смонтировать юмористический фильм о последней нервной клетке режиссёра.
© Copyright: Дарья Александровна Санникова, 2023
