Я знал его в 90-е. Он был участковым инспектором по микрорайону. Принимал заявления, ходил по квартирам, окунался в чей-то беспокойный быт, иногда выпивал, - словом, был как все. До того момента, пока не влюбился. Приехала в наш городок откуда-то с юга России роскошная брюнетка, устроилась секретаршей в УВД и свела с ума нашего участкового Александра. Законная супруга его с детьми ходила к начальству, жаловалась на распутницу, на мужа, но начальство руками разводило: дескать, раньше, в советское время могли по партийной линии пройтись и на суд офицерской чести вызвать, и погонов лишить, и перевести в другое отделение подальше, а теперь ...частные проблемы участкового - это проблемы семьи участкового, а государство в личную жизнь не лезет. Тем более, ни у Александра, ни у его новой пассии Александрины нареканий по службе нет. Куда идти? Ну, в церковь к Богу и к батюшке. Там и решайте свои проблемы. Ах, да, можно еще и к знахаркам каким-нибудь, экстрасенсам. Благо, наплодилось их, как блох у гулящей собаки женского рода. Понятно, да? И пошла по инстанциям жена участкового: от церкви до бабок-знахарок. Повсюду свечки ставила, ручки золотила. А Александр с Александриной еще крепче переплелись. Он даже вещи свои забрал из дома и в съемную квартиру перевез.
Потом я перестал о нем слышать. Из милиции мужчина на пенсию ушел. Возраст еще рабочий. Куда-то пропал. Слышал, что Александрина бросила Александра и ушла к начальнику. Сам Александр резко постарел, осунулся, стал выпивать. Знать, сглаз и порча бывшей супруги сработали.
Однако, вскоре в нашем районе заговорили об одном страннике, живущем в лесу. Отшельнике, который сам выстругал себе избушку, ходит весь год босяком, из одежды носит лишь большую рубаху, и более ничего. Не стрижется, не бреется, на черта похож. Журналисты разведали, что отшельник и есть наш бывший участковый Александр. Сменил имя, стал называться Велесом, богом мертвых из славянского пантеона. Сам себя заживо как будто похоронил.
На опушке соснового леса Велес построил храм — из валежника, досок со свалки, пустых бутылок, баночек из-под пива, камней, болотной тины. Наверху установил свитый из прутьев крест, а внутри — две статуи из дерева - Александра и Александрину. Мужчина был вытесан из цельного бревна, напоминал Христа, но очень мужиковатого, грубого. Александрина напоминала Богородицу, но в ней было много от языческих богинь, заведующих браком. В общем, если бы храм на опушке посетил какой-нибудь батюшка, он выскочил бы вон со словами: "Чур меня. Изыди, сатана". И решил бы, что здесь живет черт.
Все это Александр-Велес выполнил сам с помощью топора. И сделал маленькую хитрость. Чтобы приблизиться к Двоице, необходимо было склониться под пологом в три погибели, почти проползти к ногам деревянных статуй и таким образом "насильно смирить гордыню" - так говорил сам творец. Свой самодельный храм он так и назвал: "Смиряющее гордыню".
Так потом и шутили над новым пациентом первого острого отделения психиатрической больницы: "Хотел смирения, получай смирительную рубашку". Определить в больницу Александра помогли его бывшие коллеги. Оснований у них было больше, чем достаточно: пугает грибников, ходит без всего при народе, прикрывается каким-то платьицем. Курам на смех. По алиментам долги имеет невыплаченные. Одним словом, сумасшедший от любви. Местные острословы стали слагать легенду о влюбленных Александра и Александрине. И пугать ею слишком вольнодумных детишек и......- взрослых, у которых "седина в бороду, а бес в ребро".