Девушка отвернулась от него и устроилась за одним из столиков так, что он мог видеть теперь только ее профиль. Такая перемена весьма порадовала. Она позволила Хауленду со стороны взглянуть на образ, который возник перед ним в дверном проеме, и юноша мог незаметно изучать незнакомку, хотя был почти уверен, что девушка знает о таком внимании. Он снова наполнил свою крошечную чашечку чаем и улыбнулся, когда заметил, что незнакомка могла бы легко уместиться за одной из ширм. С румянца на ее щеках его взгляд критически переместился к роскошному сиянию света в ее блестящих каштановых волосах, которые частично закрывали уши густыми, мягкими волнами, падая крупными локонами на шею. Потом юноша впервые обратил внимание на одежду девушки, которая привела его в недоумение. Голову незнакомки украшала изящная шляпка, а на коленях аккуратно расположилась муфта из густого серого меха рыси. На плечах красовался воротник из того же меха. Руки прятались в безупречных перчатках. Каждая черточка ее милого лица, каждая деталь одежды говорили о бесспорных признаках утонченности и изящества. Насмешливая улыбка пропала с губ Хауленда. Мысли, которые прежде наполняли его голову, так же быстро исчезли: "Кто она? Почему она здесь?"
С кошачьей плавностью молодой китаец прошел между ширм и остановился рядом с ней. В маленьком блокноте, который Хауленд прежде не замечал, она написала свой заказ. Это был чай. Джек заметил, что девушка подала официанту долларовую купюру, а китаец вернул ей 75 центов сдачи.
- Дискриминация – улыбнулся Хауленд. - Вот доказательство, что она не новичок здесь и знает местные цены.
Джек вылил в чашку остатки чая, а когда снова поднял глаза, то был удивлен, заметив, что девушка изучающе смотрит на него. Через секунду ее взгляд стал спокойным и ясным; на щеках появился румянец, а длинные ресницы опустились, когда в решительном поединке встретились с серыми холодными глазами Джека, и незнакомка вернулась к своему чаю. Хауленд заметил, что руки, которые подняли маленькую японскую чашечку, слегка дрожали. Он подался вперед, и, как будто почувствовав это движение, таинственная незнакомка снова повернулась к Хауленду, уже наливая себе чай из чайника. В ее темных глазах было такое выражение, которое почти заставило его вскочить: задумчивый, мечтательный свет, исходивший из прекрасных глаз, в которых еще угадывался страх, взывал к нему. Джек встал и вопросительно посмотрел ей в глаза; в ответ на эту молчаливую просьбу алые губы незнакомки округлились, и девушка приглашающе кивнула, указав ему на противоположную сторону своего стола.
- Я умоляю Вас простить меня - сказал Джек, усаживаясь. - Могу ли я предложить Вам свою визитку?