Глава первая.
Семён Ильич остался очень вдовцом рано. Чаще бывает наоборот – жёны на много лет переживают своих мужей. Но в этой семье всё было иначе. Людмила Николаевна страдала тяжёлой формой диабета. И супруг, который очень её любил, всю жизнь за неё боялся. Беда была ещё и в том, что Людмила Николаевна отличалась, как бы мягче так сказать, легкомыслием, могла, к примеру, забыть вовремя принять лекарства. Один раз даже лечащая врач не выдержала. Договорилась по телефону и отправила трудную пациентку в отделение, где лежат диабетики, многие из них находятся буквально между жизнью и смертью. Некоторое время Людмила Николаевна ходила присмиревшая и за здоровьем своим тщательно следила. Но потом всё потихоньку стало возвращаться к прежнему. То она на дачу уедет, то к подружкам в гости зайдет, а там случались и застолья…
Несчастье грянуло, когда женщине ещё не исполнилось пятидесяти лет. У школьной подруги дочь выходила замуж, и Людмилу Николаевну пригласили в ресторан. А ночью ей стало плохо, инсульт, сахар поднялся до критических значений. Усилия медиков не помогли, и через пару дней женщина умерла в реанимации.
Не все мужья так оплакивают своих жён. Люди, что пришли на похороны позже говорили, что давно не видели такого мужского горя. Сердце рвалось такое видеть. Семён Ильич плакал, не таясь, вместе с Людочкой для него ушёл и смысл жизни. Хотя он оставался на этом свете не один – с женой они вырастили дочку Наташу. Та окончила педагогический институт, стала учителем физкультуры, вышла замуж…
Молодым даже не пришла в голову мысль — жить отдельно. В самом деле… Квартиру снимать – дорого, и деньги, считай, в трубу. Купить жильё не на что, разве что влезть в ипотеку. Но это — кабала на годы, никаких радостей в жизни не жди. Оставалось надеяться на помощь родителей. Но муж Наташи — из многодетной семьи, там каждый метр на учёте. Поэтому молодая жена привела супруга к себе, в родительский дом, в свою комнату.
Ничего, со старшим поколением поладили. Людмила Николаевна со своим лёгким характером готовила обед на всю семью, безропотно относилась и к дополнительной стирке. Наташа помогала матери убираться, носила сумки из магазина. Семён Ильич вместе с зятем застеклил лоджию.
Настал день, когда на свет появился маленький Борька. Рождение внука буквально окрылило дедушку с бабушкой. Оба души не чаяли в малыше. Все это очень облегало жизнь родителей – значительную часть ухода за младенцем старшее поколение возложило на себя. Но вот удивительно. Хотя дед и бабушка мальчика буквально боготворило, он рос совсем не избалованным. Больше всего любил, когда бабушка читала ему сказки. Нравилось ему и гулять с дедом, и помогать в простейшей работе – молоток подать, придержать табуретку…
Когда Людмила Николаевна умерла, Борьке было всего лишь пять лет. Из-за этого у отца с дочерью случилась первая размолвка. Семён Ильич хотел, чтобы до похорон гроб стоял дома, чтобы он мог пару ночей посидеть возле Людочки, поговорить с ней, поплакать. А после похорон вдовец думал устроить поминки дома – приготовить любимые блюда жены. И чтобы никуда не спешить — сидеть всем вместе и вспоминать – супругу, мать, бабушку, подругу.
Наташа же настаивала на том, что это будет большим ударом для мальчика – не готов он ещё увидеть мёртвым близкого человека. И Семён Ильич уступил — заказали зал в ритуальном агентстве, после кладбища собрались в ресторане. Борис в этот день был в гостях у своего друга. Мальчик так и не понял, что произошло. Он ещё долго считал, что бабушка куда-то уехала. Семён Ильич предполагал, что для внука теперь всё изменится. У родителей просто не будет на него времени – оба работают. И начнётся – садик, школа, группа продлённого дня…
— Знаешь что, Наташа, — сказал Семён Ильич, — Оставь-ка ты Бореньку дома, не нужен никакой детский сад. Мы с мальчонкой вдвоём тут справимся, а вы с мужем занимайтесь своими делами. Необходим мне сейчас Боря. Весь смысл жизни у меня теперь только в нём. Ты взрослая уже, у тебя своя судьба. А мне одна радость осталась. Не одиночество своё лелеять, а о ком-то заботиться. Я для Борюшки жить стану. Знаю, что это и Людочке бы понравилось – она внука очень любила.
Так и решили.
Наташа и её муж Андрей сами удивились – они-то думали, что теперь им придётся намного труднее. Будут они по вечерам прикованы к маленькому сынишке….Однако этого не произошло. Семён Ильич полностью взял заботы, связанные с Борисом, на себя.
Дочь с зятем могли отправиться на дачу к друзьям, причём нередко оставались там ночевать. Потом у «молодых» появилось желание съездить в отпуск к морю, а на следующий год хорошие «горящие» путёвки в Турцию подвернулись… Отдыхать можно было в своё удовольствие.
Борька по родителям не тосковал, и поехать с ними не просился. Он любил оставаться с дедом. Летом старый и малый всегда затевали что-нибудь интересное. То на рыбалку вдвоём отправятся, то в лес за грибами, то в парк на аттракционах кататься. А если на улице дождик, то им и дома скучно не бывало. Аквариум сами установили, растения посадили, рыб запустили, а уж сколько вместе фильмов посмотрели и книжек прочли!
На первое сентября в школу внука повёл тоже дед. Наташа хоть и работала учителем, но в другом общеобразовательном учреждении. Для сына она выбрала школу элитную, хоть туда и нужно было ездить на автобусе.
— Наташ, может не стоит мальца мучить? — осторожно осведомился Семён Ильич, — Взяла бы Борьку к себе, школа-то во дворе, и ты рядом…
— Ни в коем случае, — возразила дочь, — Ученики – хулиганы, сильных педагогов нет, директор – нытик какой-то. А в гимназии уклон на языки, Борьке ой как пригодится. Сейчас без английского – никуда.
Борька с дедом переглянулись и вздохнули. Оба знали – если молодой женщине что-нибудь в голову взбрело — спорить совершенно бесполезно. Пришлось ездить – полчаса в один конец, столько же — в другой, в любую погоду.
В новой гимназии Борькиного деда неожиданно оценили – он разговорился с учительницей, а та потом пригласила мужчину на классный час. Семён Ильич помнил город таким, каким он был много лет назад. А как интересно он рассказывал про кирпичный завод, на котором проработал всю жизнь! И хоть нелёгкий это труд, но говорил старик с юмором, и видно было, что он гордился прожитой жизнью, тем, что юлить и приспосабливаться ему не приходилось, а занят он был честным и полезным делом.
— Замечательный у тебя дедушка, — сказала после учительница Борису, и мальчик мог с ней только согласиться.
Когда всех ребят обязали записаться в какой-нибудь кружок и отчитаться, Семён Ильич вопросительно посмотрел на внука:
— Ну, куда душа твоя лежит?
Мальчик немало забавлял деда — порою ужимки у него были совершенно взрослые. Вот и сейчас он нахмурил брови, потом пожал плечами.
— Ну что там вот этим баловством заниматься – кто выше прыгнет или быстрее пробежит? Секции всякие спортивные… Деда, а если я …по дереву резать буду? Помнишь ту дачу?
Конечно, дед помнил заброшенный старый домик, перед которым они с внуком оба застыли в восхищении – такую кружевную резьбу явили им наличники. Стояли и любовались.
— Эх, пропадёт ведь красота, — вздохнул дед, — Сгниёт…
— Нашу бы дачу так украсить,— загорелся тогда Борис.
Словом, кончилось дело тем, что дед с внуком нашли подходящий кружок, а потом Семён Ильич покупал Борису инструменты и нужные материалы. И радовался в душе, что руки растут у паренька, откуда надо. Дед учил внука всему, что знал и умел сам – и кран починить, и ремонт сделать, и полки прибить. Причём не тяп-ляп, а качественно.
— Любую работу нужно делать красиво, — говорил дед,— не просто абы как – сгодится да и ладно. А чтобы другие люди языком прицокнули и сказали: «Вот это мастер – золотые руки».
Семён Ильич знал — из таких мелочей формируется характер. Не схалтурить, не подвести, сделать в срок, без обмана — это многое значит. И Борис всю эту науку усваивал.
Чем старше парень становился, тем больше вызывал восхищения у знакомых. Сначала соседи по даче дивились, как преобразила искусная резьба старый домик Семёна Ильича. И просили и им сделать что-то подобное, за деньги, конечно. Потом друзья, заходившие в гости к родителям, начали вздыхать:
— Ваш-то Боря какой молодец – всё умеет. Когда ни заглянешь, он всегда с инструментом, скоро квартира на музей похожа будет. А у нас-то дети с гаджетами всё сидят, кто в телефон уткнется, кто в ноутбук. В Болгарию их повезли – столько вокруг всего интересного, экскурсии, старина, пляжи, море, а их из гостиницы не выгонишь – устроились на диване возле кондиционера и играют себе в электронные игрушки.
Ещё нагляднее проявились особенности воспитания, когда ребятам пришла пора после школы выбирать дальнейший путь. Заранее, за несколько лет до этого, родители находили репетиторов, откладывали деньги, приговаривая:
— Мой-то балбес, наверное, на бюджет не поступит, придётся на платное отделение.
— А моя вообще в Москву намылилась ехать. Это ж её там содержать ещё надо….
Перед отцом и матерью Бориса такой проблемы не стояло.
— Я в краснодеревщики пойду, — сказал сын.
Сначала старшее поколение растерялось. Как же так… В колледж? А высшее образование? У всех вокруг сыновья и дочки будут в институте, а наш парень чем хуже?
Но потом родители обдумали предложенный Борисом вариант и решили, что так будет лучше. Руки у парня золотые, будет делать элитную мебель, брать заказы… И без работы не останется, и получать станет гораздо больше всяких там менеджеров, которых пруд пруди.
Ну и, конечно, в колледж Борис поступил без всяких репетиторов. Взяли парня сразу. И вскоре он стал лучшим среди ребят, которые занимались вместе с ним...
Дорогие читатели! Площадка, к сожалению заблокировала остальные главы рассказа, продолжение - на сайте автора.