- Вижу, вы ценитель прекрасного, — подошёл продавец антикварного салона к Левину, рассматривающему занятный механизм. Над жестяной коробкой с пусковой рукоятью, как у старого москвича, возвышалась дуга, на которой словно ноты расположились длинноногие проволочные птицы. Нелепость конструкции завораживала изяществом и простотой. - Берите-берите. Шарманка начала прошлого века. Довольно необычная в своём роде. Обратите внимание на лёгкость птиц и вычурные клювы с колокольчиками. - Проволока то, что надо, — заметил Левин. – Скидки делаете? - За такую прекрасную вещь? – закатил глаза продавец и подумав добавил. – Пять процентов за отзыв на сайте. Могу ли я предложить вам послушать звучание? - Валяйте. Продавец прикоснулся к ручке и принялся заводить механизм. Внутри жестяной коробки закаркало, застонало и выдало оглушительный треск. - Прекратите, — взмолился Левин, не выносивший скрипа. – Немного терпения. Дуга прижалась к корпусу. Тонкие птичьи лапки сжались в пружинки, клювики сомкнулись, головки прижались к металлическому оперению. - Нажимаете на этот рычажок и готово. Птицы пришли в движение, издавая мелодичный звон, который сливался в очаровательную мелодию. - Прекрасно, — замер Левин, прикидывая хватит ли денег на карте. Цена изрядно кусалась, но покупка того стоила. – Я беру. Заплатив за громоздкую шарманку, он поспешил в мастерскую. Надо было успеть до окончания перерыва. Не снимая пальто, Левин прошёл вглубь помещения. Поставил на стол чудо-механизм, сорвал упаковочную бумагу и, схватив ножницы по металлу, срезал одну из трех птиц, аккуратно вынув проволоку. Затем достал жестяную коробку поменьше. Открыл крышку и вытянул из неё потрёпанного Петрушку с переломанным пружинным основанием. «Погоди немного, — приговаривал он, прилаживая проволоку. – Здесь ещё и бубенцы бонусом, – оторвал он колокольчики. – Тебе понравится». Через полчаса из потёртой коробки бойко выскакивал озорной Петрушка, оглашая своё появление мелодичным звуком. Покорёженная птица, лишённая голоса и ноги, завистливо поглядывала на ожившую игрушку. На часах пробило половину третьего, а хозяина Петрушки, всё еще не было. Левин вновь вспомнил замученную женщину и рыдающего мальчонку. - Помогите, — умоляла она. – Сашенька без неё не спит. - Я по телевизорам, стиралкам там, а не по игрушкам, — отнекивался Левин. - Вы знаете, я сама пыталась отремонтировать, но здесь нужна особая проволока. У мастера не так много игрушек. Он еще при жизни стал легендой. Изобрел особый сплав, рецептуру которого держал в секрете. Проволока легко сжимается и разжимается. Угораздило же нам стать владельцами одной из игрушек. Пожилой сосед подарил. Любил на улице с Сашенькой играть, а перед смертью принёс шкатулку с секретом. Очень хотел, чтобы она у Сашеньки осталась. Может, вы среди стиральных машин и кухонных плит найдёте подобную проволоку. Заворожённо глядя на Дарью, так звали женщину, он согласился. – Давайте попробуем, — пожал плечами Левин и приступил к поискам. Слова Дарьи подтвердились. Механизм выпрыгивающего Петрушки отвергал другие пружины. Найти нужную стало делом чести и удача улыбнулась Левину. Шарманка с птицами того же мастера единственная на весь город стояла в антикварном. Каждый день Дарья с пятилетним Сашенькой заходили спросить о готовности и поделиться новостями, а он копил деньги. Левин привык к послеобеденным встречам: открытости отстающего в развитии Сашеньки и жизнерадостности Дарьи. Левин ещё раз посмотрел на часы. Уже три. Позже двух они ещё не приходили. «Не случилось ли чего?» — подумал он и услышал звон китайских трубочек, расположенных у входной двери. - Пепе абоа! – закричал с порога Сашенька и устремился к прилавку. - Сколько мы вам должны? – обрадовалась Дарья. - Свидание, — выпалил Левин, понимая, что ему нечего терять. - Пита, пита, — увидел Сашенька шарманку, схватил одноногую пташку и закружил по мастерской. – Ао лемо? - Это же…, — восхищённо посмотрела Дарья на большую жестяную коробку и, осознав случившееся, замолчала. - Да, — опустил глаза Левин, так и не услышав ответ. - Две из трёх птиц ещё живы. Одноногой красавице вполне подойдёт такой вот протез, — показала она на стенд с запасными частями. - Колокольчики у Петрушки я поменяю. Вы во сколько заканчиваете? - В семь. - Не закрывайтесь, будем спасать шарманку.