Захар налетел на Зару, едва та вошла.
- Почему ремонт еще не начали?
- Стройматериалы не приехали. И бригада задержалась на другом объекте, - в Заре что-то неуловимо изменилось.
- А почему ты мне не говорила? Ты обещала отдать мне деньги, как только у тебя закончится депозит. Где они?
- Пап, у тебя хватит совести взять у меня деньги? Которые я откладываю на образование детей?
- Мне надо на что-то жить.
- Ты предложил делать ремонт. Ты говорил, что у тебя бизнес. Ты показывал мне свой дом, свои квартиры. Я вижу, на какой машине ездишь ты и Кира. Почему ты все отдаешь ей? А я – второй сорт? Верочка и Захар тебя любят.
- Я же сказал, что все записано на них. У меня осталась небольшая квартира и небольшие накопления. На жизнь без излишеств хватит. Верни мне, пожалуйста деньги. И этот одноклассник, который якобы стройматериалами торгует. Мама сказала, что он твой молодой человек.
- Это тебя не касается. Деньги я не верну. Они мне нужнее. Я считаю, что это алименты за все годы, когда ты жил, ни в чем себе не отказывая, а мы с мамой каждую копейку считали.
- Ты и не собиралась делать ремонт?
- Да, не собиралась. Я не мама, не смотрю на жизнь сквозь розовые очки. Ты мой отец. Если мамин муж не смог меня обеспечить, то обеспечивай ты. Чем я хуже Киры?
- А если не буду обеспечивать?
- Тогда внуков не увидишь! Думаю, ты не просто так позвонил маме. Думаю, Кира орала про то, что деньги ее, не просто так. Думаю, тебя почему-то выперли из семьи и ты искал кому бы сесть на шею. В общем, мне все равно. Я прекрасно без тебя жила. Да и дети то же. Не думай, что я буду за тобой ухаживать и кормить-поить только потому, что мать в тебя влюблена до сих пор.
У Захара стучало в висках, пот лил, руки тряслись – пришлось вызвать такси. Вот Зара и показала свое истинное лицо. Как хорошо, что он приехал и разговор состоялся. А так бы разводили его и дальше.
На следующий день позвонила Муза. Начала извиняться за дочь, лепетать про любовь, предлагать жить вместе или приезжать помогать по хозяйству.
- Захар, мне очень стыдно за Зару. Я готова жить с тобой и не видеться с ней.
«Какое счастье, что я не женился на ней! – Захар попросил его больше не беспокоить и положил трубку. – Эта курица готова отказаться от дочери ради меня. Дура!».
Он почти каждый день вспоминал Нину и их семейную жизнь.
«Винить кроме себя в разводе с Ниной некого. Правильно говорят, что от добра добра не ищут. Кира сказала, что успокоятся и пригласят к себе. Вот на это и буду рассчитывать. Володька зовет. Да, в Нине я не ошибся. И детей они воспитала хорошо. Это я дурак, не оценил. Надо думать, как вернуть потерянное»…
Прошло два года.
Захар сидел в кофейне, завтракал. Финансы благодаря помощи Киры позволяли. Иногда он бросал взгляд на девушек за стойкой. Хорошенькие, но слишком молодые.
А девушки незаметно рассматривали его. Решали, почему этот интересный, хоть и не молодой мужчина всегда один. Без обручального кольца.
- Вообще таких сразу расхватывают, - размышляла старшая. – Ему лет 60. Если вдовец, странно, что никто не окрутил. По шмоткам видно, что обеспеченный. Чаевые всегда оставляет. Что-то с ним не то.
Девушки увидели, как их посетитель схватил телефон, как оживился, стал что-то рассматривать, потом писать, а потом сник. Они не могли видеть, что Захар получил сообщение от Киры.
«У нас с Гришей родилась дочка. Наденька. Если хочешь, можешь приехать на нее посмотреть. Через месяц, на две недели».
Захар поздравил, спросил, почему именно в это время и на такой срок. Кира ответила, что на это время Нина, которая не хочет его видеть, уезжает по делам.
Захар расплатился и отправился на прогулку, чувствуя, что не идет, а бредет, как старик. Он очень сдал за эти два года – из холеного мужчины в возрасте постепенно превращался в старика.
Киры с Гришей, которые заряжали его молодостью и задором, рядом не было. Он был один. Отношения с дочерью он так и не смог восстановить. Она присылала деньги, один раз они ездили вместе на море, но общение не складывалось.
Два раза приезжал сын, но близкого общения тоже не было. У сына Захар видел фото Нины – та буквально помолодела.
«Идиот, - в который раз подумал Захар. – Я хорошо погулял в молодости. Черт меня дернул изменять Нине! Жил бы да радовался. А главное зачем потащил свое прошлое в настоящее, которое было таким замечательным. Позвонил, извинился и все. Нет, захотел зачем-то распушить хвост, похвалиться.
Когда буду у дочери еще раз попрошу прощения. Возможно, Нина и Кира на радостях от рождения ребенка меня простят».
Конец