Воскресшие на третьей мировой

Сегодня - день рождения Александра Сергеевича Пушкина, день русского языка. Русское слово многогранно и глубоко. Это доказали Крылов и Лермонтов, Грибоедов и Шевченко, Есенин и Маяковский. Все они писали на актуальные темы, волновавшие общество тогда. Они ценны и сейчас, ведь их творчество актуально и сегодня. Они стали классиками. Не знать их - не знать русской культуры.

Прошли века, и появились новые вызовы, с 2014 года идёт война на Донбассе. Наши поэты пишут о ней. Их поэзия - не просто духоподъёмный марши о силе духа, несомненности и гордости на фоне флагов, как у наших оппонентов. Наша поэзия о Донбассе — глубокие переживания о стране и людях, будущем края, желание процветания родной земле. Эти поэты не уедут, не сбегут.

Мы выбрали небольшую подборку стихов из сборника «Воскресшие на третьей мировой». Благодаря этим стихам можно сложить представление о настоящей поэзии в целом, и о сборнике, в частности. Но лучше, конечно, его прочесть. Заказать можно в интернете. Ищущий да обрящет, писали в одной книге.

***
Я видела их по-спартански одетых —
двух девушек в супермаркете «Молоко».
Они покупали кофе и сигареты.
У одной было что-то с рукой.
У другой были дивные длинные волосы — рожь и мята —
на прямой пробор.
Две девушки - два солдата.
Я не вслушивалась в их разговор.

Они не выглядели нарядно или ухожено:
военный оттенок зелёного мало кому к лицу.
Мне захотелось угостить их мороженым
и купить по леденцу.

Две девушки в камуфляже несвежем, ни модных сумочек, ни туфель на каблуке.
Я загадала через год встретить их
в красивых платьях на побережье,
а не выбирающими дешевое курево в «Молоке».

Анна Ревякина

***
Простите, что я не уеду.
Простите, я очень плохой,
Я буду ужасным и тёмным с ужасной
и тёмной страной.
Ужасная, тёмная, злая. Большая, родная, моя.
Ах, что же мне с нею поделать;
простите, простите, друзья!

Простите, что я со своими; и если своим тяжело,
Я с ними, я с ними, я с ними,
и пусть мы вселенское зло,
И пусть мы кровавые орки,
и пусть мы рабы и русня.
История нас похоронит? Тогда хорони и меня.

Эх, баня, гармошка и водка!
Эх, выйду я в поле с конём!
Что толку желать мне погибель?
Когда-нибудь все мы умрём.
Что толку пытаться быть в белом?
Мы все перед Богом в крови.
Зови меня тихо, родная, по имени тихо зови.

Простите, что я не уеду. Простите, я тоже русня.
Простите, я лучше останусь собой
до последнего дня.
Я делаю то, что умею; смотрите, я глажу кота.
Простите, ну что тут поделать.
Мы русская пустота.

Александр Пелевин

***
Помнишь односолодовый виски?
Без него мне в жизни было пусто.
Я тогда отслеживал новинки
дегенеративного искусства.

Я любил очкастых лесбиянок,
юношей с изящной формой зада,
Гельмана просторный полустанок
на задворках Курского вокзала.

Я бывал на ярких биеннале,
где рулила Маша или Лиза,
и меня ещё не проклинали
корифеи концептуализма.

Где во мне признали человека,
да и я поверил, что не овощ.
Где бродил с бокальчиком просекко
депутат Евгений Бунимович.

А когда они сожгли Одессу,
концептуализма корифеи,
и свою коричневую мессу
праздновали в каждой галерее,

и когда весенний Мариуполь
расстреляли рыцари дискурса,
тут-то и пошёл во мне на убыль
интерес к их модному искусству.

Я люблю донбасских ополченцев,
песни их про смерть и про победу.
Я люблю кадыровских чеченцев.
Я на биеннале не поеду.

И теперь уже навеки русскую,
никогда любить не перестану
Вагнера израненную музыку
и желать спасения Тристану.

Игорь Караулов

***
В генах скрыто много памяти -
Словно подо льдом весна.
Мы сегодня просыпаемся
От навязанного сна.

Кто я? Для чего я? Где же я?
Что случится и когда?
Для тревожных, для изнеженных
Это страшная беда.

Но проснувшимся действительно
Строить мир. Хороший. Свой.
Мы - потомки победителей.
Мы прорвёмся. Не впервой.

Иван Купреянов