а тот пропал, кто духом упал".
Те, кто передвигаются на метро, полагаю, сталкивались с этим социальным явлением: подъезжает вагон электропоезда, в одной из частей которого - в начале, середине или конце - пассажиры неравномерно заполняют пространство вагона. Открывается дверь и вы буквально натыкаетесь на завесу специфического, стойкого и плотного запаха, характерного для определённых слоёв нашего общества.
Обыкновенно, я остаюсь на платформе, дожидаясь другого состава, однако, в час пик, сложно противостоять массе, нетерпящей на своём пути каких бы то ни было препятствий, особенно, если препятствие пытается двигаться в противоположном направлении. Почти сразу обнаруживается источник запаха и я, насколько это возможно, стараюсь отойти на максимальное разстояние от эпицентра, попадая в невероятно длинный временной тоннель, как-будто не приближающий, а отдаляющий меня от следующей станции, на которой мне нужно выйти, чтобы перебраться в другой вагон.
Не сумев побороть в себе человеческое любопытство, я снова посмотрел в сторону: на сиденьях с ногами лежал калека, судя по стоявшему тут же инвалидному креслу, и мирно посапывал. А рядом... а рядом, вдыхая удушливые миазмы, но упорно, словно вросши в сиденья, с каменными лицами недвижно сидели пассажиры, раз навсегда определив для себя выбор между эстетическим и физическим неудобством в пользу первого. Никто из них - ни мускулом, ни эмоцией - не выдавал в себе неженок, обоняние которых может смутить какой-то там запах.
Я не знаю, какая безъисходность постигла его, что он так опустился, что он превратился в отброс, потеряв своё лицо и своё человеческое достоинство.
И я не зарекаюсь, но искренно молю Бога дать мне душевных и физических сил, чтобы не унижать на потеху врагу рода человеческого образ и подобие Бога - человека в себе. Ведь: "Человек - это звучит гордо", когда-то сказал классик, как бы подытоживая максиму другого классика, что: "В человеке всё должно быть прекрасно...". И я сторонюсь калеки не только потому, что от него пахнет - дурно пахнущие граждане следствие общей низкой культуры, свойственной всем социальным слоям - а потому, что калека, в первую очередь, не уважает самое себя, ибо страшна не телесная, а единственно душевная и духовная искалеченность.
