Захар понял, что его планы восполнить деньги, потраченные на ремонт, за счет Киры, могут и не осуществиться.
- Я ничего не скажу маме. Не буду ее волновать. Но запомни – от меня ты больше не получишь ни копейки. У мамы не смей просить. Я узнаю, если что-то возьмешь. Тогда расскажу.
- Хорошо.
- Общаться хочешь, пожалуйста. Только не тащи их в нашу жизнь.
- Зарочка, - позвонил Захар вечером дочери. – Те деньги, которые я перевел тебе, пожалуйста, не трать. Часть пустим на то, чтобы доплатить рабочим на даче. А часть отложим. Ремонт в квартире сделаем потом.
Захар струхнул. Надо чтобы Кира успокоилась. В суматохе продаж всего и отъезда, наверняка он сможет что-то оставить себе. Да, неправильно Нина, оказывается, воспитала детей. «Мое», «мое» - а на чьи деньги они первые компьютеры покупали? На Гришины что ли. Кто стройками да ремонтами руководил, кто за домом присматривал. Задохлик что ли Кирин? Он от компьютера не открывается.
Захар поехал к Заре. Общаться Кира не запретила.
- Папочка, не расстраивайся, - Зара обняла Захара. – Мы тебя любим, нам от тебя ничего не надо. Почему Кира так кричала? Ты же им все оставляешь.
- Боится за наследство, - соврал Захар.
- Пап, я не на что не претендую. Но ведь все что у тебя есть, совместно нажитое. Ты не обязан оставлять жене и детям все.
- Я подумаю.
- И еще, пап. Я все деньги, которые ты дал, перевела на покупку материалов. У меня одноклассник занимается. Если оптом, то значительно дешевле. Поэтому, пожалуйста, заплати рабочим сам. А мы все вернем с мамой.
Захар поехал в банк. На счете лежала его пенсия, к которой Кира отношения не имела. В том, что Зара все вернет, Захар не сомневался. Муза всегда была порядочной. Неприспособленной к жизни, но порядочной. И дочку такой воспитала.
Вечером Кира заявила, что на квартиры – их с Гришей и ту, в которой жили Захар с Ниной, нашлись покупатели. Что квартиры надо разбирать, вывозить личные вещи в старые квартиры Нины с Захаром и Гриши, остальное распродавать.
Захар повеселел – вот где он найдет деньги. В квартирах было много ценных вещей, кому их продать он знал. Кира вникать не будет.
- Мы с мамой завтра начнем, - заявил он.
- Вам надо только в личных вещах разобраться. Завтра приедут оценщики, что-то вывезут сразу и заплатят. Что-то возьмут на реализацию.
- Дочка, зачем платить непонятно кому. Я сам потихоньку все разберу, - начал Захар.
- Нет. Нам надо быстро, - заявила Кира, а чуть позже тихо сказала Захару: - Не хочу содержать чужих людей. Даже не пытайся что-то урвать. И мать не настраивай.
На следующее утро Захару позвонили. Номер показался смутно знакомым.
- Это Люба. Ты пропал. Телефон, с которого ты звонил, не доступен. Судя по всему, ты хочешь сделать вид, что к Ярославу отношения не имеешь. Давай встретимся и поговорим.
- Не вижу смысла. Ты все эти годы молчала. Откуда я знаю, мой ли сын Ярослав. У него есть официальный отец. Я ничем тебе не обязан. А Ярославу тем более. Здоровый мужик, пусть сам зарабатывает и поворачивается. Хочешь, добивайся отцовства через суд. Но я все имущество уже переписал на детей. Так что вам ничего не светит.
Захар бросил трубку. Черт его дернул обзванивать бывших баб. Любке ничего не выгорит. Это точно. Кто будет заниматься делом тридцатилетней давности?
Квартиры разбирались ускоренными темпами. Все переселились в загородный дом – его было продать тяжелее, Гриша цену не хотел сбавлять. Деньги были не к спеху.
Во время ужина раздался звонок. Кира сама пошла смотреть, кто приехал. Через минут пять она ввела в дом Любу и Ярослава.
- Добрый день! – провозгласила Люба. – Захар, может представишь нас своей семье.
- Мы и так знаем, кто вы, - Кира вышла вперед. – Мам, еще до свадьбы, отец встречался с этой женщиной. Она была замужем. Но есть вероятность, что Ярослав мой брат. По отцу.
Кира повернулась к Любе и Ярославу.
- Я так понимаю, вы решили, что у отца есть деньги и захотели что-то урвать из наследства.
Продолжение следует...