Астрахань - это город не просто имеющий свое лицо, но и отличавшийся «лица необщим выраженьем». В доимперской России это во-многом объяснялось местоположением Астрахани. Мы часто забываем, что Русское царство было по-настоящему северной страной, практически до середины восемнадцатого века никакой южной России не существовало. Реальная граница между Русским царством и степным миром тянулась по линии Царицын (ныне Волгоград) — Саратов — Самара — Уфа. Дальше – тонкая нитка военизированных «блокпостов», не столько городов, сколько пограничных форпостов: Тобольск, Томск, Иркутск и Нерчинск. Кроме них — просто остроги с населением в пару десятков человек, хаотично разбросанные до Анадыря и Камчатки. О причинах, по которым в районе Челябинска или Оренбурга русские поселились почти на столетие позже, чем на Камчатке, я рассказывал в своей книге «Люди, принесшие холод» и повторяться не буду. Пока же просто отмечу, что несколько столетий Астрахань оставалась самым южным русским городом. Но это