Позавчера, 3 июня, мы запустили телеграм-бота для сбора информации о потребностях пострадавших в Белгородской области. Ранее бот выполнял аналогичную функцию для беженцев с Донбасса и Украины. В данный момент вопросы бота ориентированы на прояснение ситуации у жителей Шебекино и других приграничных районов Белгородской области, страдающих от обстрелов.
Бота мы запустили позавчера вечером. В первые же часы, до полуночи, в него поступило 34 заявки о помощи. А вчера, 4 июня, заявок было уже 370. Будем наблюдать за динамикой — на нашем сайте можно смотреть ежедневную статистику заявок: https://help-refugees.ru/stats
Основные потребности пострадавших, указанные в заявках и показывающие, что при эвакуации мало что удалось взять с собой:
- одежда и обувь на летний сезон,
- постельное бельё, подушки, одеяла, полотенца,
- посуда и кухонные принадлежности,
- предметы личной гигиены и бытовой химии,
- лекарства,
- продукты питания.
Многие ищут жильё. А пока либо находятся в пунктах временного размещения (ПВР), либо остановились у родственников, знакомых.
Теперь главное, чтобы у волонтёров хватало ресурсов, чтобы все эти заявки обрабатывать и закрывать. А ресурсов вряд ли сейчас хватает. И это только начало – посмотрим, какой поток заявок будет дальше.
Крупные благотворители с большими поставками помощи сейчас были бы волонтёрам очень кстати.
Любая, даже маленькая помощь, будет очень кстати. Если вы готовы оказать её, заходите в чат Центра помощи Юлии Немчиновой https://t.me/centrJN — там в закреплённых сообщениях рассказано, чем можно помочь, куда отправить.
Это что касается самых срочных, стандартных, базовых нужд, указанных в заявках. Но встречаются там описания и более сложных ситуаций, которые вызывают много вопросов и наводят на размышления.
Людей, допустим, эвакуируют и как-то пока расселяют в ПВР. А животных? А если животные являются частью хозяйства, бизнеса?
В Мариуполе в прошлом году многие волонтёры занимались поиском и спасением животных. Отдельный квест был с сохранением лошадей.
Если жильё разрушено и возвращаться некуда, будут ли компенсации, предложения нового жилья?
Если разрушен бизнес, уничтожены источники дохода – как это будет решаться?
Понятно, что все эти вопросы будут перед государством поставлены и, скорее всего, решены. Но вопрос в том, как быстро.
Много я слышал от беженцев и волонтёров о том, как после указов президента о выплатах беженцам некоторые дожидались этих выплат по полгода, а кто-то и до сих пор не дождался.
В случае с Мариуполем и другими населёнными пунктами на бывшей территории Украины можно было списать бездействие и безынициативность на юридическую неопределённость. Когда весной прошлого 2022 года я звонил в министерства Донецкой Народной Республики и спрашивал: «Считаются ли жители Мариуполя гражданами ДНР? Куда им обращаться по поводу восстановления разрушенного в ходе боевых действий жилья, уничтоженного имущества? Кто теперь должен о них заботиться?» – мне отвечали: «Надо дождаться принятия политических решений». Ситуация прояснилась после референдумов и принятия новых регионов в состав России. А до тех пор люди и власти жили в состоянии правового тумана.
Но сейчас, в ситуации с Белгородской областью, всё однозначно – российская территория, российских граждане.
Права российских граждан, и старых, и новых, необходимость всеобъемлющей заботы о них со стороны государства и общества – сомнению не подлежат.
Так что вопросы возвращения пострадавших людей к нормальной жизни надо будет ещё долго держать на общественном контроле, пока всё не решится в полной мере.
Ну а сейчас на первом плане вопросы срочные. Людям нужна помощь прямо в эту минуту. Нужна будет и сегодня, и завтра, и послезавтра.
Если вы готовы чем-нибудь помочь — смотрите варианты оказания помощи в белгородском Центре Юлии Немчиновой https://t.me/centrJN