На бордюре, прислонившись спиной к ограде, сложенной из крупных темно-серых камней, сидела девушка. Голова в мотоциклетном шлеме была откинута назад, глаза закрыты, а на пыльных щеках проявлялись светлые бороздки от слез.
Маленький желтый скутер лежал на дороге рядом, никому не мешающий, никому не нужный, абсолютно теперь бесполезный.
Час назад, когда стрелки часов Старой Ратуши встретились на двенадцати, показалось, что вокруг замерла жизнь, совсем ненадолго, чтобы в следующую секунду разбиться, рассыпаться как мозаичное стекло. Это была ее жизнь в осколках на асфальте.
…
Габриэль нажимала и нажимала кнопку вызова, косясь то на дорогу, то на зажатый в правой руке телефон. Через наушники шли гудки, заглушаемые тарахтением ее табуретки.
- Да?
- Привет! Это я! Я закончила! Решила заскочить к тебе, пока ты еще в сборах, соскучилась страшно! Буду у тебя через 10 минут!
- Не надо.
- Что?
- Я сказал, не надо. И просил предупреждать заранее. Я занят.
- Но ты же сказал, что вечером увидимся?