- Мой дорогой друг! Я хочу предложить место, на котором вы сможете проявить себя и применить свои знания в полной мере. Можете предлагать любые решения, я вас обязательно поддержу. ТОЛЬКО НАЙДИТЕ КОРОЛЮ И МНЕ ДЕНЕГ!!! - примерно такое напутствие получил Этьен де Силуэт в один прекрасный день.
Вообще этот человек по жизни был философом и переводчиком. Мог себе позволить, так как его семья владела наследственной должностью в одной из французских провинций. А во Франции XVIII века должность - это такое место, которое приносит гарантированную прибыль.
И так как свое свободное время он посвящал тому, что переводил на родной язык всякие книги о том, «как государство богатеет, и чем живет, и почему, не нужно золота ему…», то его хорошая знакомая решила, что Этьену де Силуэту стоит заняться более серьезным делом, чем какие-то там переводы. Знакомую звали Жанна-Антуанетта Пуассон, то есть маркиза де Помпадур, и она предложила Силуэту занять пост Генерального контролёра финансов Франции, то есть, по сути, место министра финансов.
Вообще говоря, Силуэта пригласили на «расстрельное» место. Потому что на дворе стоял март 1759 года. Это - самый разгар Семилетней войны. Война на тот момент развернулась по всему миру на суше и на море и на нее уходили сумасшедшие миллионы. При этом королевскому двору тоже с каждым годом требовалось все больше денег, а прибылей больше не становилось. Доходов нет, расходы одни. И вот Силуэт садится изучать бумаги, а потом представляет королю и маркизе де Помпадур доклад:
Все отлично, Ваше Величество. Все прекрасно, благородная маркиза. Есть только одна небольшая проблема. В следующем году планируется расходов в два раза больше чем доходов, причем примерно пятая часть расходов - это оплата сделанных ранее долгов. Может быть, давайте уже попробуем жить по средствам? Например, начнем экономить?
И хотя про времена короля Людовика XV вспоминают главным образом с точки зрения выражения «После нас хоть потоп», начальство услышало Силуэта и на самом деле пошло на ограничения. Часть королевского золота и серебра переплавили. Некоторые налоги отменили, чтобы стимулировать свободную торговлю. Но потом поднялся вой, который возглавил Вольтер.
Почему?
Да потому что Силуэт кроме переплавки королевских тарелок покусился на «святое» - он решил добиться того, чтобы налоги платили не только плебеи, но и патриции.
Дворян обложили штукой, названной скромно: «общие субсидии». В переводе с канцелярского на разговорный французский это означало введение налогов на роскошь: на всякие дорогие финтифлюшки, на большое количество окон и дверей (привет дворцам и прочим коттеджам), на содержание прислуги и так далее.
Поэтому на своем посту Силуэт не продержался даже года, после чего под радостное улюлюкание «образованного сословия» ушел в отставку с репутацией жадины и жмота. Ишь чего удумал, наглец, с дворян налоги требовать!
«Благодарные» потомки оставили на память его имя в качестве названия для портрета в виде тени. Такие художеств в тот момент служили недорогой альтернативой полноценным портретами. Ну а раз дешевое - значит это связано с Силуэтом, ведь это он придумал такую глупость как экономию средств.
Самое интересное, что Силуэт был прав целиком и полностью. Но окончательная катастрофа случилась позднее, когда Франция окончательно надорвала свои финансы, решив поддержать бунт заокеанских фермеров против метрополии и даже помогла им добиться независимости. Результатом этого стала независимость Америки и последовавшая затем Великая Французская революция.
Но, к своему счастью, Этьен де Силуэт этого уже не застал.