Пришла на пастбище доить коз, смотрю - нету в стаде двух годовалых, Альметти и Чибо, нету Жардин, и не видно ни одного козленка! Позвала - тишина, а обычно малышка Робуста сразу прибегает.
Пошла обратно в деревню. Навстречу муж мой, с удочкой.
-А чего ты так быстро, и без ведра?
-Да троих коз нет, и всех козлят тоже - проверю, может в сарай прибежали.
День-то был неприятный для коз, особенно молодых - дождь несколько раз прошел, и мошкара просто на редкость едкая, есть от чего сбежать.
В сарае было пусто - значит, пора привлекать к поискам лошадь.
Оседлала Лакушу, отправилась снова в пампасы - с высоты лучше видно. Снова встретила мужа с удочкой.
-Я по всему берегу прошел - их нигде нет, пропали!
-Без паники! Ты кодовое слово говорил, когда вдоль реки шел?
-Нет, я следы искал.
-Ну так и само собой ты их не нашел - они же настоящие партизанские козы. Откуда им было знать, кто там по камышам шуршит? Они прятались.
Надо сказать, что найти наших коз действительно очень сложно - они осторожные, при разных подозрительных звуках замирают, можно пройти в паре метров от них, не заметив.
Раз в сарае их нет - значит, прячутся где-то в пампасах. Не могут пропасть разом трое коз и все козлята. При нападении волков остальные были бы в ужасе - но нет, гуляют спокойно. Можно было бы предположить, что Жардин с ее больной ножкой где-то застряла, но не Альметти и Чибо - здоровые, сильные годовички. И где все козлята, почему они бросили мамок? Ответы на вопросы могли дать только планомерные поиски.
Подъехав к стаду, решила поездить кругами, постепенно увеличивая радиус. Уже на втором круге на пустом, казалось бы, поле, еще не заросшем новым камышом, прямо из-под Лакушиных ног выскочил маленький козлик, и с криками побежал к матери. Поездив еще немного, повыгоняла из укрытий стайку козлят. От гнуса попрятались, ясное дело! Заползают под полегший прошлогодний камыш, спят там, как в домике, и не беспокоит их ни мошка, ни дождь, не жара.
Но среди козлят не было Робусты и Арабики.
Картина ясна - козочки-сиротки увязались за старшими прохиндеями, которые нашли себе укрытие где-нибудь в кустах, и довольно далеко, судя по тому, что Роби не отзывается.
Поехала вдоль берега, периодически повторяя кодовое слово. Метров четыреста проехала, когда мне в ответ из ивняка раздалось "ма!", и выскочила Роби, а за ней Арабика, годовички, и следом, прихрамывая, Жардин.
Молодцы козы - хорошее убежище нашли. Еще несколько дней назад там было сыро, а сейчас уже твердая земля, и много свежей травы - дивный новый мир. Это тот самый "носок сапога" (наши пампасы в форме сапога, почти как Италия), где козы обычно и живут летом.
После дойки отвела туда все стадо - козы обрадовались, и рассредоточились по знакомым джунглям. Только Моня по-прежнему на привязи.
Кстати, нашла у белых коз еще один недостаток - аллергичность. Мошка ест всех одинаково, но цветные козы выглядят хорошо, а у Мони и Козла-Козла глаза красные и лица опухшие. У пегих козлят с большими участками депигментированной кожи та же история.
